Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Три сферы общественной жизни 1

Отыскивая место средоточия, из которого можно увидеть совокупность правильных действий по реформированию правовой и хозяйственной жизни, полезно обратиться к представлению о строении общества из трех сфер, выделить в социуме сферу государственно-правовой жизни, хозяйственной жизни и культуры. Теорию трех сфер общественной жизни выдвинул в 1919 г. Рудольф Штейнер (1992, 1993), затем сходные по крайней мере по названиям подразделения можно найти у Толкота Парсонса (ряд работ 1960-х гг., где он развивал “четырехфункциональную парадигму” и учение о подсистемах общества; Parsons, 1966) и некоторых других известных социологов. Однако, поскольку такое представление общественного устройства не является общепризнанным и общепонятным, дальнейшее изложение будет строиться без ссылок на источники, тем более что буквально мы не повторяем ни один из источников этой идеи.

Вкратце деление общества на три сферы можно представить, если встать на определенную точку зрения относительно личности человека. Во-первых, человек предстает перед нами как уникальное существо, эта уникальность проявляется в свободных творческих импульсах, которыми озарена его духовная жизнь. Во-вторых, человек может рассматриваться как существо, абстрактно равное другим людям, как “представитель” человечества. В третьих, человек предстает перед нами как существо, зависимое от других людей, непрестанно помогающий кому-то выжить и сам в своих жизненных задачах пользующийся помощью других. Обозрев таким образом человека в разных его проявлениях, мы увидим в обществе три автономных сферы: культурную жизнь, в которой соединяется все, в чем человек проявляется как свободный творец; государственно-правовую сферу, в которой каждый взрослый нормальный человек равен другому и может обсуждать общие и всеприменимые законы и правила общежития; наконец, хозяйственную (экономическую) сферу, где люди взаимодействуют на основе взаимопомощи в конкретных практических делах, требующих совместной работы.



Теперь рассмотрим эти сферы несколько подробнее. Государственно-правовая сфера работает так, что люди сопоставляются друг другу в своем общем качестве, в “человечности”, в отношении этого общего качества каждый взрослый равен другому. Равенство является основополагающим принципом государственно-правовой сферы, потому что люди вовлекаются в эту сферу тем своим аспектом, той стороной, которой они равны друг другу. Именно по этой причине государственно-правовая сфера живет по внешне устанавливаемым формальным законам. Она во многих отношениях представляет собой иерархическую структуру – существуют пирамиды власти, иерархии законов и подзаконных актов, системы подчинения. Для иерархических систем определяющим оказывается принцип равенства - равенства перед законом; равенства постов на определенном этаже иерархии. Это сцепление равенства и иерархии объясняется достаточно просто. Для функционирования любой иерархии в обществе требуется, чтобы данная иерархия была выделенной, чтобы другие структуры не затемняли данных иерархических отношений. Поэтому принцип равенства очень важен для иерархических систем государственно-правовой сферы. Можно даже сказать, что социальные механизмы, относящиеся к этой сфере, функционируют тем лучше, чем “больше” равенства существует в обществе.



В этой государственно-правовой сфере основной “разменной монетой”, средством коммуникации оказывается делегирование власти, выступающее в форме приказа. В этой сфере означены отношения “начальник-подчиненный”; человек не “переходит” на новое место работы, а “назначается”, получая четко определенную область ответственности, формально определенные способы действий (законы, установления) и властную силу (ранг) - право распоряжаться властными ресурсами по утвержденному способу и в рамках области ответственности.

В глобализированном мире государственно-правовая сфера видоизменилась под влиянием экономики, она занимает в обществе несколько иное место, нежели должна занимать. Коротко говоря, эта сфера реально предстает как политика, которая вытесняет управление и правосудие, то есть власть стала более важной, чем право. В самом деле, для правовой сферы по собственной ее природе основные проблемы связаны с законностью, а политику, напротив, можно определить как борьбу за власть. Эта борьба за власть, конкуренция властей в значительной степени обусловлена проникновением экономических импульсов в правовую сферу. Помимо этого, демократия в условиях массового общества становится фикцией (или, если угодно, виртуальностью) - аппарат чиновников неизменен и не зависит от выборов, меняются лишь “публичные политики”, которые в большей степени связаны со СМИ, чем с собственно государственной сферой. “Народ”, который преобразован в электорат, перестает влиять на реальное устройство общества и потому становится в политическом смысле пассивным, относится к политическим кампаниям как к шоу. Искажения, вносимые проникновением экономических импульсов в правовую сферу, сделали возможной ту ситуацию, когда можно очень долго говорить о политике, рейтингах, программах и лидерах, вообще не касаясь темы закона.



Совсем иначе устроена сфера культуры. Здесь царствует свобода творчества. Основным “средством исчисления” является не власть, а авторитет. Казалось бы, авторитет противоположен свободе. Но отношения этих принципов в культуре несколько сложнее. Поскольку сфера культуры основана на принципе духовной свободы, она чрезвычайно разнообразна - каждый творец, каждый духовный авторитет создает собственный культурный мир, и сфера культуры оттого полииерархична. В сфере культуры действуют разные логики и правила игры, созданные разными творцами, и потому она является хранилищем памяти общества, памяти уважения к данному творцу и результатам его творчества. Пока традиция понимания данного авторитета жива, она сохраняет (и развивает) свой мир, так что в обществе одновременно сосуществуют множество культурных традиций, готовых развернуться и стать более или менее общепризнанными или замкнуться в узкой сфере избранных, несущих данный культурный мир сквозь поколения. В сфере культуры не назначают (и, соответственно, не просят назначения), а приглашают. Как говорил один профессор: “Я просил за всю свою жизнь только руки своей жены, и больше мне никогда не приходилось просить”.

Сфера культуры - память общества и творящая сила общества. И потому она сильнейшим образом связана с двумя другими общественными сферами. Скажем пока только о взаимодействии культуры и правовой сферы. Создание действительно новых систем законов, тот аспект, в котором (и насколько) законодательство (или судебное решение) является областью творчества, - это часть сферы культуры. То есть юриспруденция как наука понятным образом является частью культуры, а не государственно-правовой сферы, но и институт суда есть в значительной степени феномен культуры (насколько суд не сводится к механическому применению утвержденных законов). Механизация судебных решений (под лозунгом равенства шансов, объективности, эффективности) выводит суд из взаимодействия со сферой культуры и отправляет в государственную сферу, нарушая правильное функционирование суда. Там, где в государственно-правовую жизнь входят импульсы творчества, там право взаимодействует с культурой. Тот, кто придумал новый строй войск - например, македонскую фалангу, - был творцом культуры. Другое дело, что из сферы культуры ее изобретения непрерывно (и даром) уходят в иные сферы и там появляется обязательный для исполнения устав пехотного боя, который уже относится к государственно-правовой сфере. Точно так же парламент и система исполнительной власти были “придуманы” в сфере культуры, но функционируют они вне культуры и по совсем иным правилам.

В глобализованном мире сфера культуры недоразвита, уменьшена по сравнению с другими сферами общества и, помимо этого, изменился ее характер. В ней основную роль играет наука, которая все сильнее теряет мировоззренческую функцию и сливается с техникой. При этом наука перестает быть органом общества, отыскивающим истину, она становится механизмом, производящим истину. Отсюда - прежние стандарты научной деятельности рушатся, сменяются совсем иными стандартами рациональности. Поиск и творчество уступают место стандарту и эффективности.



Теперь мы можем перейти к краткому рассмотрению третьей сферы общества – хозяйственной, которая, хотя и наиболее развита в современности, но в существе своем понята меньше, чем другие сферы. Экономическая сфера, как уже говорилось, – это область непрерывного взаимообмена, взаимодействия и взаимопомощи. Единицей “общения” в экономической сфере выступают, разумеется, деньги – в этом смысле аналогичные “делегированию власти” и “признанию авторитета” в иных сферах.

Наделение хозяйственной жизни в качестве основополагающего принципа свойством взаимопомощи кажется парадоксальным. Напротив, первое понятие, которое приходит в голову в этом аспекте – конечно, конкуренция. Однако вспомним, что говорилось об устройстве других сфер. Для иерархической сферы права был характерен принцип равенства; для авторитетной культуры – принцип сохранения свободы творчества. Подобно тому, как в правовой сфере, устроенной на принципе равенства, властвует необходимо связанная с этим принципом иерархия; как в сфере культуры основополагающий для нее принцип свободы необходимо влечет за собой наличие кругов авторитетов, так и в хозяйственной жизни, устроенной на основании взаимопомощи и братства, на поверхность неуклонно выступает принцип конкуренции.

Теперь следует, как мы это сделали относительно права и культуры, сказать о границах данной сферы, ее взаимодействии с соседними подразделами общества. В определенном отношении это труднее сделать, чем для права и культуры. Сфера хозяйственной жизни характеризуется чрезвычайной текучестью описывающих ее понятий; эти понятия закреплены значительно менее жестко, нежели в сфере права и культуры. Поэтому, описывая данную сферу, обратим особое внимание на то, как сложно проходят границы между сферой культуры и хозяйственной (экономической) жизнью, между хозяйственной и правовой жизнью. Отношения в экономической жизни выстраиваются не в форме приказов или приглашений, а как соглашения. В сфере права существуют законы и распоряжения, в сфере культуры – уважение и приглашения, а в сфере экономики – соглашения и предложения.

В государственно-правовой сфере изобретенные законы действуют так, как будто они объективны и необходимы. По форме представления они не конкурируют, а декларируются. В экономической жизни, напротив, правила есть то, что непрерывно изменяется. Чтобы успешно конкурировать, капитал должен все время создавать новые правила игры, выходить на новое “поле”, еще не захваченное иными игроками. И это создание новых “игр” и “полей” является чередой творческих актов, и все они относятся к сфере культуры. Другими словами, и сфера права уходит в культуру своими корнями, и сфера хозяйственной жизни вся пронизана искорками творческих решений. Глубокое проникновение сферы культуры в экономическую жизнь проявляется в том, что уже самая основа экономической жизни - функционирование капитала - есть творческое деяние и потому относится к сфере культуры. Однако каждая культурная “находка” в сфере экономики живет вовсе не так, как в культуре, не сохраняется по возможности вечно - она существует по законам хозяйственной жизни, она мгновенно перенимается, копируется, тиражируется и обесценивается в своей новизне, становясь рутиной и обретая цену.



В глобализованном мире сфера экономики диспропорционально увеличена и вытесняет, видоизменяет другие сферы. На наших глазах за несколько десятилетий доминирующая в общественной жизни сфера государства и права уступила свои позиции. А в самой экономике чрезвычайное развитие получили финансы в ущерб другим ее разделам - производству, ассоциациям экономических деятелей и т.д. В результате сама финансовая сфера автономизируется от хозяйственной жизни в целом и приобретает уже не только черты символа (деньги), но знака (виртуальные деньги). Подобно тому, как – во многом под действием экономики – видоизменились сферы права и культуры, в которых доминирующую роль стали играть политика и технология, так и сама экономика не избегла искажающих влияний, в ней избыточное развитие получила финансовая подсистема.
-----------------
Не помню, откуда этот текст. Когда-то был написан, и вот отыскался
Кросспост http://community.livejournal.com/social_world/5444.html
Tags: culture2, economics2, sociology5
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 40 comments