Старости
Они же устареллы. Посмотрел крайне интересную работу The scientific revolution: a historiographical inquiry. H. F. Cohen. University of Chicago Press, 1994
Это едва не первая историографическая работа по научной революции. То есть до сих пор мы жили в чрезвычайно наивном уэвелловском периоде - когда каждый исследователь непосредственно полагал, что он-то понял научную революцию и вот он описывает, как же было дело. И в этом смысле Поппер не отличаются от Уэвелла. А этот Коген впервые взялся разгрести и составить историографическую концепцию - кто что когда считал про научную революцию, благо уже накопилось народу много - что Уэвелл и Ольшки, что Кунопоппер, что Койре или там Дюгем.
В книге очень много чего. Сейчас только одно отмечу. Несколько лет назад мы тут разговаривали о концепциях в науковедении - мол, после всяких Кунов, Фейерабендов, Лакатошей и нету никого. Стоп машина.
А тут возникают интересные повороты. Попперова исходно линия - все эти позитивисты - постпозитивисты - постнеопозитивисты и пр. в самом деле исхудала. Но появились другие линии, связанные с рождением новой научной школы - датской истории науки и новых концепций научной революции.
Два взгляда на роль эксперимента в создании ранней современной науки. С одной стороны, имеем эксперимент в плане математической концепции научной революции - это Койре и Dijksterhuis, отрицают какую-либо конституирующую роль эксперимента в таком развитии. С их точки зрения, роль эксперимента почти исключительно ограничена наведением моста через пропасть между абстрактной идеализированной областью математической теории и областью эмпирической, которая является – или может быть сделана – доступной для чувств. Абстрактная математическая теория делает предсказания. Эксперимент a posteriori фильтрует, что имеет отношение к реальному миру. По мнению этих историков эксперимент был почти полностью лишен эвристических целей. Эти историки создали с 20-х по 60-е концепцию научной революции и представление о математизации природы.

Вот тут очень важно заметить, что 16 век был веком анатомов и ботаников, и лишь следующий – веком математиков. Если выписать "великих ученых" по векам, это станет очевидным - гипотеза о научной революции как революции в физико-математической сфере - просто неверна.
Однако современные историки с образованием в области химии, а не математики или математической физики считают слишком легковесным мнение о исключительно a posteriori проверяющей роли эксперимента. Эти новые исследователи – прежде всего Pagel, Hooykaas. Эти исследователи развивают другую точку зрения – что научная революция принципиально должна описываться как переход с органической точки зрения на механическую. Мир стал механическим и машиноподобным.
Произошло переопределение научной революции в связи с такой «химической» позицией её исследователей. Развивалось двумя путями. Pagel и Debus рассматривали 16 век как «химическую революцию» с корнями в парацельсовой магической практике. Эта линия включается в герметические дискуссии. Hooykaas скорее склоняется к наличию связи между механической, противоположной органической, концепцией мира – и новым представлением о ручном труде, сложившемся в Ренессансе. До той поры человек привык «думать руками» и «опираться на собственный опыт». Это перестало быть возможным с началом ранней современной науки.

То есть механико-математическая концепция научной революции (17 века) сменилась сейчас "химической" концепцией научной революции 16 века. От себя добавлю - недостаточно учтены работы анатомов и ботаников 15-16 вв., до сих пор полагали. что эти описательные области слепо следовали где-то в хвосте рождающейся европейской научности. Мне же кажется, было ровно наоборот - научная революция происходила в пределах того, что в 16 веке называлось алхимией и астрологией, в современных научных выделах - это химия, анатомия, ботаника и астрономия. И очень там были сложные игры, в конце концов после определенных срывов и достижений пошел следующий этап, который уже связан с банальными теперь именами Гарвея, Декарта и пр. А Галилей, кстати, вроде бы в предыдущем еще... Впрочем, это уже совершенно другая история. После всего этого пришли социологи, то есть социологизирующий взгляд на историю науки, начиная с Куна. А потом - феминисты. Так что эту историю я рассказывать не буду.

И еще - когда-то в этом журнале мы говорили о научной революции, долго говорили - более десятка постов, адреса сейчас искать не буду, но помню, как шло обсуждение. Это просто удивительно - мы в случайно собранной по сети компании переговорщиков сумели оттоптаться по всем важным темам. То, чему посвящены целые направления и монографии, и что считается интереснейшими гипотезами, блестящими, и что является недоисследованным - всё там у нас всплывало в должном месте.

Кстати, кто эту книгу Когена отсканирует если, и тоже если кто читаемый образ ее мне пришлет - за то ему будет человеческое спасибо.