Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Наблюдая за...

Очень многие наблюдения в естественных, а тем более гуманитарных науках образуют нередуцируемое экспертное знание. Объекты, с которыми приходится иметь дело, настолько сложны, их поведение так нетривиально, что обучение наблюдению за объектом необходимо вставлено в исследование. Или можно сказать иначе: исследователь всегда изменяется в процессе такого наблюдения, и изменения самого исследователя, конечно, не входят в описание результатов - в публикации. Самым простым образом указать на это можно, говоря о поведении животных. Почти любое наблюдение поведения так, как это представляет себе сторонний человек, знающий о научном методе - невозможно. Или, точнее, совершенно не интересно. То есть просто создать - скажем - экспериментальную ситуацию, или застать животных в природе, или смотреть в лаборатории... И "просто" наблюдать и описывать. - Не будет ничего интересного. Чтобы нормальным образом вести научную работу в таких областях (а, подумав, таких областей - очень много, для этологии это азбука, но область приложения много шире), надо очень хорошо изучить объект, приноровиться к нему, а затем войти с ним во взаимодействие. Важным оказывается то, что исследователь включен в ситуацию взаимодействия. В своих публикациях он описывает нечто как результат объективного наблюдения - на деле это лишь частный взгляд. Сам исследователь обычно это сознает - у него просто нет средств это отразить в публикации адекватным образом. Например: и с собакой, и с муравейником приходится работать после стадии знакомства. сначала твари настораживаются и проявляют агрессивные реакции, потом привыкают... И только тогда можно работать. Однако это "привыкание" - очень общее название для сложнейшего процесса именно что знакомства и установления взаимоотношений исследователя и исследуемой твари. И разные исследователи совершенно не равноценны - с ними выстраиваются другие взаимодействия. Так что любой результат - это частичное описание ситуации, поданное как внешнее и объективное, а на деле - включенное, частичное и субъективное. Тут обычный философский словарь обманывает: наблюдение незнакомого, неопытного наблюдателя, не включенного во взаимодействие, менее субъективно, но более искаженное - он же не знает, на что и как надо смотреть. А более субъективное - менее искаженное наблюдение.

Видимо, было бы интересно выстроить ситуацию иначе. Должен быть еще один исследователь, который наблюдает за системой "исследователь-объект исследования". Если исследователь поведения (шире - очень многих естественных феноменов) включен во взаимодействие с объектом и становится частью системы, то неплохо наблюдать за системой со стороны.

Дело не в дурной бесконечности наблюдателей. Встраиваясь в ситуацию "я являюсь исследователем и изучаю профессионально такой-то объект", исследователь сообщает нам сведения об объекте, но мы не можем понять, что же происходит в системе "наблюдатель-объект" - любой, кто выучивается на такого исследователя, приобретает профессиональные искажения. Это - обычная ситуация: потрать 15 лет жизни, стань ученым данной области и проверяй тогда результаты. Без затраты этих лет - можешь только верить тому, что говорят эксперты - проверить нельзя. Точнее, можно проверять, если верить в критерий практики - коли после таких исследований (не обязательно вследствие) появляются какие-то полезные вещи - наверное, в этой области все как-то нормально изучается. Ничего более внятного и рационального тут сказать нельзя.

Второй наблюдатель может выработать собственный, отдельный язык описания, в котором можно описать взаимодействие исследователя с объектом. Если этот предположительный язык описания будет несколько формализован и даст собственную систему знания, благодаря этой системе будет легче понимать, что же стоит за стеной непросветляемого профессионализма - особых языков и навыков исследователя. Скажем. об исторических событиях мы узнаем от историка. Правильно сказать: мы не знаем, что такое "историческое событие", мы наивно считаем. что знаем. а на деле - это нечто, о чем рассказывают историки. а что такое историки и что именно они делают - мы не знаем (точнее: каждый думает. что знает, но это - миф). Так же и в других областях. Сообщения от профессионалов мы оформляем в знание такого типа, будто сами мы. оказавшись на месте профессионала, который рассказывает о событи. увидели бы именно это, то, о чем он рассказывает. Но ведь не увидели бы. Надо сначала научиться быть профессионалом - а это накладно. Так что, по идее, надо сообщать не только результат. добытое исследователем знание, но и фильтр, точку зрения - надо также объяснить, кто тот, кто может получать такие сведения. Кто такой математик или историк, биолог или психолог - чтобы понимать, что же именно говорит психолог, надо понимать систему профессионального внимания, систему профессиональных искажений и контринтуитивных оснований психологического знания. То, что видит профессионал - не видно наивному наблюдателю, и профессионал не является профессиналом в том. чтобы уметь излагать свои знания с точки зрения наивного наблюдателя.

Интересно, можно ли создать такую систему знания, которая описывает совмещение наивного наблюдателя - обычного познающего человека - с точкой зрения профессионала.
Tags: philosophy3, science4
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 56 comments