Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov


дискуссия про понятия меж kaktus77 и alexeigrekov
http://alexeigrekov.livejournal.com/160983.html?thread=1133527#t1133527


о заботе и заботящемся
http://a-str.livejournal.com/483395.html


книга "Средневековая интеллектуальная культура", А.М. Шишков, М. 2003. Может быть отыскана и скачана
http://platonanet.org.ua/load/knigi_po_filosofii/istorija_srednevekovaja/shishkov_srednevekovaja_intellektualnaja_kultura/8-1-0-129
http://www.kodges.ru/37705-srednevekovaya-intellektualnaya-kultura.html


Другой разговор с Кактусом, меж ним и antonk83
http://trombicula.livejournal.com/138504.html?thread=1365256#t1365256


американские послевоенные рецессии
http://neznaika-nalune.livejournal.com/701452.html
типа всё страшнее грянет буря, только когда грянет - еще не известно


"Когда историки науки в 1970-х гг. стали профессионалами, они по-прежнему оставались интеллектуально обособленной группой, так как фокусом их интересов было знание, истина или то, что ею называется. Это контрастировало с работой других историков, изучавших материальные, социальные и политические обстоятельства прошлого. Из-за статуса науки как истинного знания историки науки сохранили интерес к эпистемологии и вопросу о природе знания в степени, не свойственной другим историкам. Они оказались более восприимчивыми к дискуссиям о том, что британские ученые называют теорией — работам социологов знания и французских интеллектуалов вроде Мишеля Фуко.

...В 1980-е гг. в исторических исследованиях в целом произошел важный сдвиг. Многие историки начали рассматривать как свой предмет не только материальную реальность прошлого, но также и то, что люди чувствовали, во что верили, что считали истинным. Это сблизило историю с интерпретативными (герменевтическими) социальными науками и гуманитарными дисциплинами вроде литературной теории или бывшей тогда новым веянием культурологии. Оживились дискуссии о теории в истории. Новый предмет общей истории — верования, ценности, переживания, получившие собирательное название репрезентаций, — был очень близок к предмету истории науки — знанию. Некоторые историки призывали к созданию истории культуры — дисциплины, которая изучала бы науку как одну из сторон человеческой жизни, наряду с другими ее сторонами. В этом случае историки науки также могли бы участвовать в обсуждении вопросов по истории культуры и о том, является ли история историей значений, что такое память, каковы отношения элитарной и популярной культуры.

То направление, в котором до этого развивалась история науки, получило новое подкрепление. Во-первых, культурологический подход побуждал исследовать истинное и ложное знания на равных, поскольку считалось, что получение знанием статуса истины — это вопрос репрезентаций и авторитета. Появился интерес к риторике не в негативном смысле, а как к основанию любого утверждения о мире [54; 55]. Истина выглядела не универсальным, а местным феноменом. Во-вторых, культурологические подходы интегрировали представления о природе и обществе; теперь само деление на природное и социальное выглядело исторически сложившимся. В этом — одна из причин широкого распространения термина дискурс (взятого у французских авторов), означавшего, что исторически предмет исследования — это взаимосвязанная система репрезентаций. Различения вроде природы и культуры, утверждали сторонники нового подхода, имеют значение только внутри определенного дискурса.

Этот интеллектуальный сдвиг принято кратко называть лингвистическим поворотом. В его основе лежат философские идеи, развиваемые главным образом Жаком Деррида, о том, что язык отсылает не к некоему стоящему за языком реальному миру, а к другому языку. Эта философская дискуссия глубока и сложна. На деле, конечно, большинство историков науки ведет эмпирические исследования так, как они это делали раньше, и все историки продолжают работу, не дожидаясь того времени, когда будут разрешены фундаментальные вопросы философии. Однако возникли новые виды истории, уделяющие внимание языку, отношениям между теоретическим и фактуальным способами выражения (fictional and factual forms or expression), визуальным материалам, популярной культуре как одному из значимых для истории науки факторов, биографии и нарративным формам исторических работ и т. п.

...Социологи быстро убедились в рефлексивности социологических утверждений — так назывался тот факт, что социологические утверждения могут быть проанализированы как социальные процессы точно так же, как и их предмет. Это привело некоторых исследователей к крайнему варианту лингвистического поворота, при котором они понимали язык как игру с другим языком (в особенности Малькольм Эшмор [59]). Более важными для истории науки были исследования того, каким образом знание и техника возникают, приобретают влияние и становятся естественной частью повседневной научной жизни.

Связанные с лингвистическим поворотом дебаты вызвали неоднозначное отношение. Многие историки просто-напросто игнорировали теорию, считая эмпирические исследования основанными на здравом смысле. Позднее, в 1990-х гг., началась настоящая реакция против теории и даже истории науки; ее возглавили ученые-естественники, которые говорили о своих занятиях как об эмпирической встрече с природой, превозносили научную рациональность и возмущались тем, что они называли антинаукой. После того как этими дебатами в США заинтересовались средства массовой информации, они получили название научных войн.

В Британии эти вопросы обсуждались в основном по инициативе ученых как, по их собственному выражению, восприятие науки широкой аудиторией. В 1980-х гг. британское правительство сократило финансирование научных исследований, и ученые под предводительством Лондонского Королевского общества стали опасаться, что лишились поддержки политиков и широкой публики.

...Они поэтому прилагали систематические усилия к тому, чтобы убедить широкую публику в ценности науки. Задачу свою они видели в том, чтобы совершенствовать способы подачи науки в школьном образовании, средствах массовой информации и с помощью таких организаций, как музеи и Британская ассоциация содействия науке (BAAS). В контексте работы над восприятием науки многие ученые-естественники встретили в штыки идею теоретиков культуры и некоторых историков науки о локальном характере знания. В частности, ученые и социологи расходились друг с другом по вопросу о том, обладает ли широкая публика своими собственными узаконенными способами мышления и правильно ли обращаться с ней как с пассивной аудиторией, послушно воспринимающей все то, что эксперты по науке найдут нужным ей сообщить. Эти споры перешли в политические дискуссии по конкретным вопросам, к примеру, об инвестициях в проект генома человека или о будущем ядерной промышленности. Ученые ожидали, что публика примет науку как объективное знание, они также рассчитывали, что историки науки помогут им в этом, и поэтому так отрицательно реагировали на работы о знании как риторике и власти.

В этих дискуссиях и проведении соответствующей интеллектуальной политики особенно активное участие принимали музеи. Музей науки в Лондоне, например, организовал большую экспозицию о ядерной энергии. Несмотря на это, многие остались критически настроены по отношению к этой отрасли наукоемкой промышленности, тесно связанной с политикой холодной войны. Они считают ее экономически разорительной для страны и выступают за ее прекращение. Открытие нового крыла музея, деньги на которое дал главным образом Фонд Велкома, стимулировало дискуссию о социальной гигиене, символизируемой на выставке куском канализационной трубы, в противоположность представленной в экспозиции научной медицине. Что изучают историки медицины — лабораторную науку или общественную гигиену — также имеет политическое значение.

...Эти исторические исследования соотносят детали повседневной жизни ученых с теми утверждениями об истине, которые они в итоге формулируют. Вместо того, чтобы видеть в науке встречу интеллекта с природой, как это делалось ранее в интеллектуальной истории, историки и социологи рассматривают науку как материальное, совершающееся в определенном времени и месте и с определенными целями взаимодействие состоящих из плоти и крови людей. На эти исследования также повлиял лингвистический поворот, но в них знание изучается не в виде абстрактных представлений, а в конкретном воплощении. С этим связано недавнее внимание историков науки к эксперименту [64]. Другое следствие, потенциально имеющее большое значение для историографии, заключается в том, что теперь очень трудно говорить о научной революции в единственном числе. То, что когда-то изображали как великий переворот в сознании человечества, выглядит рядом мелких локальных ответов на сиюминутные интересы и проблемы. Великая тема в истории науки растворилась в деталях деятельности людей ради локальных практических целей

Вторая активно развивающаяся область — это исследования аудитории науки, популярного знания о природе наряду со знанием экспертным или профессиональным. Отношения между элитарной наукой и распространенными в публике мнениями сейчас подвергаются пересмотру.

...Иногда кажется, что публичные дискуссии ведутся при полном неведении того, о чем пишут историки науки. К примеру, многие обычные люди интересуются предполагаемым конфликтом науки и религии, хотя масса исторических исследований показала, что ни наука, ни религия не существуют как отдельные сущности и что во многих отношениях они находятся не в оппозиции, а во взаимодействии друг с другом."
http://vivovoco.rsl.ru/VV/PAPERS/HISTORY/SMITH.HTM
РАЗНООБРАЗИЕ ИСТОРИКО-НАУЧНЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ Р. Смит


новый перевод Библии. Как всегда - одни в восторге, другие говорят, что это ...перевод, разве что бумаги
"БГ: То есть без комментария любой перевод древнего текста читатель понять не может?
Я.Э.: Да, но это еще полбеды. Сам переводчик не может понять текст, пока он комментарии к нему не написал. "
"М.С.: ...в Голландии несколько лет назад завершилась работа над новым переводом Библии — в ее презентации принимала участие голландская королева. И в маленькой Голландии этот перевод разошелся тиражом в несколько миллионов, что, конечно, потрясающе.
А.Ш.: Во-первых, у нас нет голландской королевы."
http://www.bg.ru/article/8927/


о зеркальных нейронах
ело в том, что в нейрофизиологии существует своя «проблема промежуточного звена».
Возникновением этой проблемы мы обязаны в основном Декарту, который решительно отделил душу от тела. В смысле, мозги отдельно, а сознание – отдельно. Душа нематериальна и взаимодействует с телом через эпифиз (не путать с гипофизом, от пересадки которого пострадал Шариков). Таким образом, сколько мозги не изучай, до психики не доберешься. Поначалу от этого даже был прок, потому что такая точка зрания позволяла изучать мозг и восприятие, не вступая в конфликт с церковью, поскольку изучалась вещь, не имеющая никакого отношения к душевным проблемам. Но за прошедшие 400 лет стали накапливаться свидетельства того, что повреждения могза способны существенно влиять на сознание и необратимо менять структуру личности.
...Зеркальные нейроны были исходно обнаружены у обезьян в одной из лобных зон, связанных с планированием движения и осуществлением двигательных актов-з оне F5. Записи активности клеток этой зоны показали, что они реагируют не только когда обезьяна сама выполняет некоторое движение (моторный акт), но и когда она наблюдает выполнение того же самого моторного акта кем-то другим. Эти нейроны не отвечают на простую демонстрацию зрительных объектов. Но что еще более важно, большинство из них не отвечает, если выполняется движение, не имеющее цели (например, хватательное движение без хватаемого объекта)
...Ровно такая же система зеркальных нейронов существует и у человека. Только еще более замысловатая. Например, наши зеркальные нейроны реагируют не только на собственное движение и движение другого, но и на движение с той же целью, выполненное рукой робота или вообще специальным инструментом.
Естественное предположение о цели существования этой системы – что она нужна для понимания действий других. Эта гипотеза подтверждается рядом экспериментов. Например, было показано, что зеркальные нейроны активируются, когда экспериментатор совершает действие с объектом за экраном, если обезьяна знает что там за объект, хотя и не может его видеть. Кроме того, они реагируют на звуки, характерные для выполнения данного действия.
...Гипотеза о связи зеркальных нейронов с эмпатией получила подтверждение в экспериментах с аутистами, у которых система эмпатии нарушена.
...Очевидно, что система зрительных нейронов дает существенное преимущество при обучении через имитацию.
http://catta.livejournal.com/116922.html


- драконов уже нет, осталось бороться только с пидарасами
- Да нет - просто захаживать туда, где они водятся, теперь не принято.
- Ага, не за что бороться... Я на волка не пойду, вот ежели б дракон был - я б себя показал)
- купить квартиру без влезания в ипотечные долги - 1 рыцарский поединок и 2 оборотня
иметь возможность послать нахер начальника на работе - 3 зомби
писать в газете всякие нетолерантности про власть и общество - 1 маленький дракончик
шкала другая просто, да :-)))
- Оформить справку в горадминистрации = паломничеству в Рим
Месяц без компьютера и ТВ = великий постник)
- Подозреваю, что "не покупать квартиру" - это еще больший подвиг.
- ношение власяницы и вериг в течении 10 лет :-)
- Я всю жизнь грезил, как безвестно погибаю в героическом бою за правое, но безнадежное дело.
Теперь уже не грежу.
http://f-f.livejournal.com/551126.html#comments


интуитивно ясно, что истина контринтуитивна
http://mevuelvoguajiro.livejournal.com/345217.html


Основа европейской цивилизации Нового времени это: концепция права + гуманизм. Это базовая формула: ЦНВ = П + Г
...Наука же (системная упорядоченная исследовательская активность), я думаю, будет обязательным следствием этой связки. Где будет П + Г - там будет и наука.
http://albiel.livejournal.com/549876.html


Один из известнейших сурдопедагогов (педагогов, работающих со слабослышащими детьми) Ирина Борисовна Лебедянская сказала мне не так давно интереснейшую вещь: «В нашем мире произошла революция. Наверное, у вас тоже, однако вы этого еще не поняли. А у нас она очевидна — нет больше страны глухих. Наши дети больше не чувствуют себя в изоляции. Нет, конечно, они понимают, что они особенные. У них проблемы с высшим образованием и работой. Они должны встречаться друг с другом относительно изолированными группами, потому что нужно в реале иметь флирт, ухаживания, связи, нужно жениться и замуж выходить. Но они больше не посторонние миру. Они научились разговаривать. Они разговаривают “Вконтакте”, аське, во всех социальных сетях, на любом форуме со всей массой своих “нормальных” сверстников, со своим поколением. От Еревана до Магадана, с кем угодно они говорят; потому что это не письменный язык, который используется в интернете, — это новый язык, устный письменный. Пришло время новой устности — тут не искаженный русский, не неграмотность, а просто фонетическая запись произнесенных фраз. Я сама слабослышащая и воспринимаю интернет как шум. Я впервые поняла, что такое шум. Это нескончаемый разговор»...
http://www.openspace.ru/society/projects/204/details/24015/
http://avvas.livejournal.com/5829142.html


1. Эмоциональный едок – человек переедает в период, когда испытывает какие-то сильные эмоции. Не важно, хорошие или плохие, все равно ест. Случилось плохое, стрессовая ситуация – пойду куплю тортик , успокоюсь; случилось хорошее – пойду куплю тортик, отпраздную.
2. Социальный едок - любит есть в компании. Кто бы в гости не заглянул, где бы какая компания не собралась, обязательно нужно вместе пожевать. Ну хоть семки погрызть.
3. Едок удовольствия – он ест, потому что ему нравится процесс. Нравится вкусненькое, сладенькое, соленькое, копчененькое или еще какое-нибудь или все вместе. Соответственно, на вкусненьком он может съедать больше и чаще, чем следовало бы.
4. Рутинный – вообще просто человек, который время от времени в процессе обычного приема пищи может переесть. Ну вот так случаестя. К примеру, давно это блюдо не пробовал или ситуационно голоден.
5. Многозадачный едок - ест между делом. Сидит работает, и про между делом прикушивает бутерброды, печеньки или чипсы. Играет и ест, разговаривает с кем-то по телефону и есть. Так человек съедает неконтролируемо много, гораздо больше, чем надо было бы.
6. Диетический едок – это то кто сидит на диете, но все равно переедает. Так как он себя лишает той или иной пищи, то «догоняется» любой другой, кторая диетой позволена, и съедает в итоге больше, чем бы съел не будучи на диете.
7. Праздничный едок – в принципе питается нормально, но в периоды праздников переедает и отрывается на всем, что можно скушать.
8. Ночной едок – как понятно из названия наедает килограммы ночью. Просыпается и идет перекусить. Со временем сон нарушается только потому, что желудок в середине ночи начинает вырабатывать кислоту.
9. Смешанный – когда используются несколько паттернов переедания.
http://gutta-honey.livejournal.com/241584.html


О современной мифологии
http://olnigami.livejournal.com/186833.html


некуда высылать сейчас миллионы европейских люмпенов
Элиты Европы донельзя циничные – а иначе не проживёшь на таком маленьком континенте, наполненном противоречиями и постоянными угрозами. Пусть не полисный феодализм, но ужесточение внутренней политики, аналоги законов «о бродяжничестве», рост числа тюрем на аутсорсинге (в той же Сибири), ограничение на въезд мигрантов – всё это в той или иной мере будет реализовываться.
Европа неизбежно вступает в новый период крайне правых режимов.
http://ttolk.ru/?p=5937
в повестке дня на ближайшую перспективу сворачивание идеологии и практики социального государства
http://rencus.livejournal.com/341335.html


Дело в том, что для далёкого от современной городской среды (с её яслями углублённого изучения всего, а также прочими методиками раннего развития) слово «учить» относится где-то к области школьного возраста и предполагает очень специальную, формализованную деятельность. Смысл практический в этом есть, и очень глубокий – но извне это выглядит как отсутствие представления о том, что в дошкольном возрасте ребенка что-то осваивает и чему-то учится.

Между тем родной язык устанавливается сильно до школы. Но люди (в негородской среде, повторяю) ведут себя так, словно язык этот сам откуда-то берется, а их собственная речевая деятельность не имеет к этому особого отношения. То есть языковая база простраивается в совсем раннем возрасте «сама» - но на основе того, что ребенок слышит, когда мама привычно комментирует процессы кормления детки, когда с деткой играют в «сороку-воровку», когда бабушка ругается с соседкой или когда семья смотрит телевизор и обсуждает увиденное. Люди про это как бы знают... но как бы и не знают. Тут вступает в дело миф о «врождённости» языка (упоминавшемся здесь: http://dreamer-m.livejournal.com/213252.html#cutid1). Согласно этому мифу, раз ребенок родился в семье этнических греков, то он в любом случае как-нибудь заговорит по-гречески. А если на деле ребёнок слышит дома только русскую речь, то приверженцы мифа о врождённости языка могут сильно удивиться.

А теперь наложим это на историю с алуне. Был там такой момент: эти носители языка напрямую говорили о важности знания языка алуне, необходимости сохранения его и обучения ему детей. Так вот: по данным статьи мы не можем определить, говорят ли эти самые люди со своими детьми на языке алуне вообще. А если говорят – то насколько последовательно, и сколько во всём этом подмешано малайского. Потому что сохранять и передавать следующему поколению они будут - если вообще будут! – представления об этнической идентичности (или об имидже, в самых запущенных случаях) – и ожидать, что языковая система к этим представлениям прибита и сама должна как-то отрасти. А она сама не отрастает.
http://dreamer-m.livejournal.com/223769.html
Tags: livejournal2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments