Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Две ноги истины и одна голова разума (внутренняя причинность)

Как мы узнаем истину - вопрос сверхсложный и безответный, и потому имеющий поверхностное решение простое и откровенное. Ну конечно, у нас два источника истины, две ноги, на которые мы опираемся в движении. Мы можем опираться на опыт и на логику, на внутренние самоочевидные рассуждения и на внешние совершенно неочевидные, но такие влиятельные впечатления. Ни один критерий не является гарантирующим пребывание в истине все время, и даже оба они иногда ошибаются, если в истине стоять, но если двигаться - в общем, в большинстве случаев удается избежать болезненного падения. Очевидность эта что сейчас всплывает в разговорах открывающих ее все заново людей, что в древности была изречена Аристотелем, так что все мы в курсе.

Что же до причин, определяющих наше разумное поведение, то они, конечно, могут быть представлены различно, но в некотором рассмотрении удобно их поделить на внутренние и внешние. Внешние - это когда причиной поведения служит некий стимул. Поведение такого типа настолько всеобъемлюще, что часто кажеся, будто ничего другого и нет. Можно взять любую книгу с "острым сюжетом" или посмотреть на окружающих - и разметить их поведение таким образом. Вот нечто случилось, человек нечто воспринял - и вот его реакция, действия по поводу ситуации. Он что-то узнал, почувствовал, сопоставил стимулы - и теперь действует, добиваясь или избегая, по древнему пути симпатий и антипатий. Что удивительно, даже очень сложное поведение, долговременное, вполне описывается этим типом реакций - с внешней причинностью. Скажем, люди могут десятками лет делать карьеру, или добиваться еще больших денег, или стремиться к познанию чего-либо. Когда-то была ситуация, ее побуждением было принято решение, соответствующее ценностной структуре личности - и вот человек с тех пор и действует.

И потому занятно, что есть еще один тип причиности в поведении - внутренний. Когда основанием цепочки действий является не какое-то внешнее впечатление и воздействие, а цепь внутренних состояний. Размышление. Человек нечто думает - годами, десятками лет, а затем додумывается, у него возникает реакция на "внутренние причины", на то, что является взаимодествием его мыслей и чувств, и он начинает действовать, причем так, что во внешней его жизни эти действия не имеют причины.

Различить эти два типа разумного поведения сложно - ведь всегда можно задним числом приписать действия внешнему стимулу - если некто уверен, что все поведение обусловлено внешними причинами, что помешает придумать причину для всего? И в жизни сложно хотя бы с некоторой достоверностью отличить поведение, ведомое внутренней причинностью. Часто мешают "секреты" - человек действует неожиданно, но потом можно увидеть, что просто ты не знал обстоятельств, и некая информация, стимул, который мог бы показаться неважным, для его обстоятельств был спусковым крючком. Загадки маскируют корни причин.

Если судить по опыту, что же отличает действия в соответствии с внутренней причинностью? Прежде всего, можно обратить внимание на промежуточную стадию, на которой человек учится быть ведомым внутренними причинами. Учатся на разных основаниях - например, некто озабочен свободой, и достигает понимания, что единственно свободными у человека будут ряды поступков, обусловленных внутренними причинами, другой озабочен творчеством, и понимает, что источник творчества в человеке - вот эти миги "возникновения нового внутри", или еще почему-то. На этой промежуточной стадии увеличивается лаг между стимулом и поступком.

Это можно пояснить. Если посмотреть на жизнь окружающих людей (до самооценки добраться тяжелее), легко заметить, что у них есть небольшой лаг, который можно назвать "временем обещания". человек в разговоре нечто вам или кому-то другому обещает - и обычно он делает это. Но совсем не все время оставшейся ему жизни. Кто-то день, кто-то неделю. А потом забывает и перестает. Его попросили поузнавать о работе для знакомого, или о наличии лекарства в таком-то источнике, или еще что-то - он в самом деле это выполняет, узнает, пытается, держит в памяти - а потом обнуляет. Не вечно же искать работу знакомому - это уходит из списка запомненных обязательств. Его действия больше не определяются этой причиной. То есть в большинстве случаев вслед за событием, которое служит причиной для цепи реакций в психике, следует некоторый промежуток, когда нечто по этой причине происходит, а потом реакция затухает.

У людей с внутренней причинностью (у кого она вообще есть, а не у кого часта - она ни у кого не часта) картина причинности иная. Вслед за просьбой часто не следует ничего. Иногда есть обычная картина действия с "забыванием", иногда вообще никакой реакции. Но иногда через большой промежуток времени следует реакция, она бывает весьма неожиданной. Внешнее действие погружается в психическую жизнь и долго там живет, взаимодействует с чем-то, изменяется и через месяцы, годы или десятки лет вдруг выдает следствие.

Ну а в развитом варианте это совсем не может быть спутано с памятью. Так-то можно считать, что "просто вспомнил" - и иногда в самом деле просто вспомнил, но иногда внешняя картина такого отсроченного действия не имеет прямого отношения к памяти. Эта внутренняя причинность может называться творчеством, когда происходит в сферах познания, в науке или искусстве, может быть проявлением моральной фантазии, этическим импульсом, создающим новое поведение в обыденной, практической жизни. С этой внутренней причинностью связано много недоразумени. ну, например, свобода легко отождествляется с выбором - это отождествление коренится в представлении о том, что существует только внешняя причинность. Внутренняя проявляет себя совершенно иначе - там у свободного решения может не быть альтернатив. Или, точнее, такое решение вообще нелепо описывать в терминах выбора.

Действия из внутренней причинности имеют смысл еще и потому, что все действия из внешней причинности обречены отчаянию - личные замыслы терпят крах и оборачиваются неудачами, удачи перестают быть ценными, в социальном мире происходит перманентная катастрофа. Отчаяние приходит при осознании смысла действий, имеющих причиной внешние стимулы. Внутренняя же деятельность имеет смысл сама по себе и потому избегает отчаяния.

Эта внутренняя причинность есть начало, с которого начинается воля и мысль: действия без причины.
На них наша надежда.
Tags: ethics2, science4
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 67 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →