Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Category:

парассылок

http://roni-14.livejournal.com/336909.html
про митохондрии
митохондриальная ДНК эволюционирует (то есть изменяется) в 25 раз быстрее ядерной, потому что у неё нет столь мощных как у ядра механизмов защиты от перемен (да, чем сложнее кто-то, тем больше у него защиты от перемен. И это не всегда хорошо). При всём при том, сейчас показано, что в мито-ДНК у животных (именно у них, не у растений или простейших) очень консервативна последовательность расположения генов, то, как они друг за другом идут (у акулы и человека - одинаковая). Или вот ещё интересный факт. Губки – простейшие из многоклеточных. У губок и у билатерально симметричных животных – одно время эволюции, только вот последние расцвели (тут и рыбки, и птички, и человеки), а губки остались по-прежнему на своём уровне, губками. Здесь бы можно было поморализаторствовать, что вот, как по-разному можно время использовать: за один и тот же промежуток одни развивают в себе разнообразные умения и виды, а другие не чешутся. Но не всё так однозначно: у животных митохондриальный геном во многом одинаковый, а вот у губок – куча разного в этой ДНК, даже в одном классе разнообразнейший митохондриальный геном. Почему? Нужно думать. Тем более, что в молекулярной эволюции существует парадокс: скорость эволюции генома мало связана со скоростью морфологической эволюции. Об этом тоже интересно поразмышлять за чашечкой какао, укутавшись в плед и слушая мелодию по случаю. Насчет губок есть мнение, что произошла так называемая редукционная эволюция: раньше было большее разнообразие и «апгрейтнутость».



митохондриальная ДНК




http://nature-wonder.livejournal.com/158222.html
про бактерии

Составляет ли эволюция смысл биологии? -- Вестник РАН. 2006. № 6.

Микробиология оказалась вне поля зрения философов биологии, всё ещё ориентирующихся на орнитолога Майра, палеонтолога Симпсона и генетика Добжанского, а также их последователей и оппонентов. Между тем микробиология дала основной эмпирический материал для биологии прошедшего столетия. Объекты микробиологии - бактерии - отличаются рядом принципиально важных для понимания сущности биологических особенностей свойств. Взгляд микробиолога на свои объекты и среду их существования расставляет иные приоритеты, чем сравнительный подход макробиологов. Как эволюционист микробиолог находится на особом положении, поскольку бактерии - объекты его изучения:

• не имеют видимого предшественника в порядке, вытекающем из сравнительной сложности организмов;
• не имеют предшественников в палеонтологической летописи и восходят к началу летописи геологической;
• воспроизводятся прямым делением без полового процесса и в максимальной степени соответствуют принципу самовоспроизведения без отклонения;
• лишены онтогенеза;
• обладают геномом, построенным по принципу максимальной экономии, и временными вне-хромосомными факторами;
• обладают минимальным временем существования индивидуума в деятельном состоянии (и максимальной способностью к анабиотическому переживанию);
• непосредственно связаны с геосферой как средой обитания (паразитизм и зависимость от других, небактериальных, существ явно вторичны);
• эволюционируют в тесной связи с эволюцией среды обитания, в том числе и в крупных пространственно-временных масштабах.

У микробов нет предшественников и, следовательно, нет организменной филогении, но есть потомки и последствия деятельности сообщества, то есть сукцессия. Биология не исчерпывается вопросом о происхождении и объяснением, что объект таков, каким его сделала эволюция. Вне-дарвинистские вопросы обычно таковы: "Как это работает?", "Как оно устроено?", "Зачем эта часть?", "Зачем оно?". Если первые три вопроса ведут к механистическому описанию объектов без внимания к их сущности, то последний - к телеологии, и поэтому со времён Р. Декарта относится к числу ненаучных. Однако тривиальное объяснение для части обычно носит телеономический характер - для того, чтобы существовало целое. Ответ на вопрос "зачем?" - предполагает функцию, от которой не избавиться никакому материалисту и стороннику "отобранного случайного". Отсюда возникла неотелеология. Вопрос "зачем оно?" - независим от вопроса "как оно возникло?". Разумеется, всё может быть сведено к обычной причинно-следственной цепочке, каузальной роли не в смысле causa finalis (первопричины), а в смысле поиска инвариантных законов verae causae (истинных причин), то есть эпистемологической оценки возможности объяснения. Тут, пожалуй, уместна ссылка на Дарвина, который в 1859 г. называл "закон условий существования" более общим, чем "закон единства типа". Так что мнение последующих сторонников причинной роли в возникновении функции не противоречит Дарвину, который писал: "Строение изучается не как продукт селекции, а как ограничение её".

http://www.ras.ru/FStorage/download.aspx?Id=5422e1ae-a4bf-4f99-af58-e14bc4a38330

Мегабиология изучает биологические процессы в масштабе миллионов и миллиардов тонн превращения веществ в биогеохимических циклах. Эта наука, развившаяся в последние десятилетия в связи с интересом к глобальным изменениям среды, и прежде всего климата, связана с оценкой явлений по их масштабу.

В мегабиологии приоритеты распределяются совершенно иначе, чем в общей, в смысле универсальной, биологии с ее фокусом на немногие примеры — E.coli, Saccharomyces, дрозофилу, хрустальную травку — в расчете получить общие для всех объектов данной категории закономерности. В мегабиологии важно функциональное разнообразие, а не типовой пример. Приоритеты расставляются по масштабу процесса, который, как уже упоминалось, оценивается количественно по резервуарам и потокам вещества. При этом наибольшее значение приобретают наиболее массовые явления, которые в силу их «банальности» остаются на обочине внимания, психологически концентрирующегося на экстраординарном, сенсационном.

Осознать роль микроорганизмов в формировании ландшафта, а не в его функционировании, почти невозможно из-за невидимости агентов. Оценить их роль можно, лишь наблюдая, как образуются многометровые толщи строматолитов, создававших пояса рифов подобно современным кораллам. Микроорганизмы, за исключением подобных редких случаев, не служат эдификаторами-строителями, которых сейчас представляют растения. У микроорганизмов структурная роль невелика из-за их дисперсности. Однако переход от географических наблюдений невооруженным глазом к таким геологическим понятиям, как седиментогенез и диагенез, сразу меняет эмоциональный характер восприятия: микробная биопленка оказывается формообразующей системой.

http://elementy.ru/lib/430691



знаменитый бактериальный мат


bacterial art







http://star.tau.ac.il/~eshel/gallery.html










Tags: biology3
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 11 comments