Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Category:

ЕГЭ, математика - мнение Ю. Неретина

от russhatter ссылка
http://www.mat.univie.ac.at/~neretin/obraz/y.html
Вступительно-экзаменационный пасьянс:
Россия и Запад Юрий Неретин
"Эта статья -- попытка ответить на вопрос, что с нами происходит? Почему хорошие идеи, положенные в основу ЕГЭ, не удается воплотить в жизнь? Почему за 9 лет усилий по улучшению "контрольно-измерительных материалов" их все еще не удается улучшить? Почему нарастает снежный ком отрицательных последствий?

Более конкретно. Я часто сышал вопросы и риторические высказывания типа:

--- Почему это не получается у нас, а получается в Германии (Австрии, Франции, Америке, Японии...)?

--- У них получилось, и у нас постепенно получится!

--- Это первый шаг реформ, потихоньку улучшится.

--- Только в такой стране, как Россия, невозможно из-за тупости чиновников и коррупции сделать то, что в других странах давно и успешно делают!

В первой половине статьи я попытаюсь на эти вопросы ответить. Последовательная критика ЕГЭ в цели данной статьи не входит, но некоторые из его бед приходится по ходу дела упоминать.

Отсекающий экзамен Abitur (Германия 90х годов, Австрия, Голландия)
Как многие слышали и читали, в Германии 90х годов существовал общий выпускной экзамен в гимназиях, который одновременно был вступительным экзаменом в университеты. Только вот фактическая отметка на этом экзамене -- "да/нет". Сдал успешно экзамен -- идешь учиться в тот университет и на тот факультет, куда хочешь.

Читатель, немножко знакомый с реалиями образования, должен несколько удивиться. Да, было ровно так, как должно было быть. Да, в начале обучения у медиков и юристов было слегка тесновато. Студенты слушали лекции, стоя на подоконниках. Да, на матфаке Венского Университета (а это одно из моих мест работы) -- 70 процентов естественного отсева.

Немцы все это терпели, а вот ввести экзамен в формате ЕГЭ не догадались. Почему-то медики на подоконниках были для них предпочтительней вышеупомянутого "варианта, устанавливающего единую шкалу".

Потом немцев это все-таки достало, и они ввели очень сложную систему многоэтапных экзаменов.

Выше я упомянул слово "гимназии". Это не все школы. А кроме того, эта система никак не касалась техникумов...

Никакого сходства между тогдашним немецким экзаменом и нашим ЕГЭ нет...
Многоуровневые экзамены (Франция, Израиль)
Французы. Их система экзаменов очень сложна. В первом приближении она выглядит так. Человек, желающий идти в Universite, выбирает себе напраление дальнейшего обучения, сдает предметные экзамены BAC, уровень сложности которых зависит от направления обучения. Скажем, филолог, технарь и физик сдают разные экзамены по математике. По языку, впрочем, тоже.

Никакого единого для всех оценивающего варианта...

Выше я написал слово Universite по-франзузски. Дело в том, что перевод "Universite--Университет" не точен. Лучшие университеты называются "Grand Ecoles". Они проводят вступительные экзамены сами, а молодые люди готовятся к этим экзаменам два года после окончания школы.

Теперь Израиль. Их система попроще (но и страна поменьше). Человек (по своему выбору) при выпуске из школы сдает предметные экзамены одного из четырех уровней. Например, по математике это наборы содержательных задач, требующие нормальных письменных решений. Итог экзамена -- уровень плюс оценка на данном уровне.

Университеты соответственно сообщают, какой уровень их интересует.

Наряду с результатами экзаменов учитывается общий тест IQ (Intellengence coefficient).

Мои французские собеседники считали свою систему очень дурной (была статья Доценко в "Науке и Жизни", сейчас можно посмотреть, оправдались ли его мрачные предсказания). Но это (при всех минусах) -- не ЕГЭ.

Израильтяне, напротив, отзывались о своей системе хорошо (и детали, о которых они рассказывали, на мой взгляд, очень разумны), но добавляли, что тест IQ естественным образом деградирует (по причине развития индустрии подготовки к тестам).

Удачность многоуровней системы в Израиле и сомнительный успех во Франции вряд ли объясняются достоинствами израильтян по сравнению с французами. И здесь я напомню основной "минус ЕГЭ", который был замечен тогда же в 2000году.

Такой экзамен автоматически ставит школьное образование с ног на голову. Вместо проверки "знаний" (что бы это ни значило), он начинает (как его ни делай), определять школьную программу, и в итоге мы получаем экзамен, проверяющий преимущественно готовность к нему самому. Читатель может найти в интернете "демоверсии" вариантов по русскому языку. На них это видно очень четко.

А дальше мы заваливаем школу.

Понимая эту проблему, можно искать ответ на уровне технологии экзамена. В мальньком Израиле найти его легко. В большой Франции эти решения становятся проблематичными. А у нас проблем побольше, чем у французов (назову две, которые, возможно, покажутся читателю неожиданными: часовые пояса и необходимость контркоррупционной игры на уровне состава вариантов).

Многоуровневость экзамена дает дополнительные средства для поиска решения. Но стоит помнить, что французы, будучи в объективно лучшем состоянии, чем мы, решили свою задачу плохо (см. упомянутую статью Доценко). Унификация в образовании -- вещь опасная.
Многоэтапные тесты (США)
В Америке есть три самых массовых систем тестирования, используемых при приеме в университеты и колледжи (но есть и другие). Общие тесты SAT-I (Scholastic Aptitude Test, их проходят большинство выпускников школ), промежуточные тесты ACT (American College Test) и сложные предметные тесты SAT-II (необходимые для хороших университетов).

Эти системы тестов являются добровольными, взаимодополняющими, а человек сдает их тогда, когда ему это удобно.

Наряду с итогами тестов (тестов разных и разноуровневых!!) университеты используют собеседования, эссэ (условно говоря, сочинения по специальности) и рекомендательные письма. Это непривычные для нас средства отбора, смысл которых сильно зависит от конкретной ситуации (средства, более замысловатые, чем это кажется на первый взгляд, и, по-видимому, хорошо отлаженные). Интерпретация результатов тестов, эссэ и рекомендательных писем находится в руках университетов (и вообще тамошние университеты, в том числе и государственные, обладают высокой автономией).

Те, кого это не устраивает (или не вполне устраивает), могут проводить вступительные экзамены, интересоваться дополнительной информацией (самой разнообразной); есть университеты, вообще не интересующиеся результатами тестов. Американские университеты не маршируют под праведный свист кнута АмерГосОбрНадзора.

В связи с обсуждаемой сейчас проблемой, было бы бесконечно скучно обсуждать, чем хороша или плоха эта американская система (это не идиллия, совсем не идиллия, и в других странах все не так) и надо ли ее перенимать. Все равно мы ее не переймем. Хорошо бы сначала заимствовать не из Америки, а хоть откуда-нибудь поближе (Польши, Чехии, Бразилии, Чили...), уровень зарплат преподавательского состава. Ведь у нас раздолбали нормальную систему вступительных экзаменов именно уровнем выплачиваемых зарплат. Если бы только систему экзаменов...

Но я отвлекся. Главное в этом обсуждении -- никакого ЕГЭ и в Америке тоже нет. И в помине.

Забавно, что есть простой способ в самом деле приблизить ЕГЭ к "высоким американским стандартам". А именно сделать ЕГЭ добровольным, и дать ему возможность свободно конкурировать с другими формами экзаменационного отбора.

Сейчас наблюдается картина, комичность которой почему-то не осознается нашим обществом. С одной стороны есть прогрессист и американофил Ярослав Кузьминов (ректор Высшей Школы Экономики), решительный сторонник (и, видимо, изобретатель) ЕГЭ -- истинно оригинальной и глубоко российской формы экзаменационного отбора. А один из его оппонентов -- коммунист Смолин Олег Николаевич -- борется за то, чтобы сделать ЕГЭ добровольным, и тем самым приблизить его к "американским стандартам".

Как раскладывать пасьянс?
Автору хотелось бы надеяться, что он ответил на вопрос: "Почему в других странах проводят ЕГЭ, а их образование до сих пор живо?". Ответ более чем прост: потому что ЕГЭ там не проводят.

Во всех многолюдных "цивилизованных" странах раскладывается свой собственный экзаменационно-вступительный пасьянс, чаще сложный, а иногда очень сложный (Франция, современная Германия, США). Россия -- страна очень сложная, а образование в ней еще не удушено окончательно. Пока мы не достигнем успешно уровня современной Нигерии или Республики Чад, никаких простых унифицированных решений вступительно-экзаменационной проблемы в России быть не может.

Сейчас диалог правящих кругов с обществом в отношении ЕГЭ ведется в стиле "против лома нет приема", и, ввиду отсутствия "другого лома", обсуждение данной проблемы является пустым сотрясанием воздуха (или интернета). Я, однако, попытаюсь обсудить разные возможные карточки экзаменационного пасьнса.
Унифицированный выпускной школьный экзамен
Введение такого экзамена у нас объясняется тем, что школы расслоились на много уровней и типов. Но мне кажется, что это скорее аргумент против унифицированного экзамена.

Выше сказано об унифицированном экзамене в гимназиях Германии и Австрии. Но дело в том, что гимназии сами жестко унифицированы (и, кажется, это проводится жестче, чем унификация школ при большевиках). С другой стороны, в не-гимназиях экзамен -- другой, а сами эти школы, в свою очередь, унифицируются.

В Норвегии в самом деле существует унифицированный выпуской и одновременно вступительный экзамен. Но Норвегия -- малолюдная страна (с необычным социально-экономическим устройством), в отношении высшего образования в ней скорее естественно видеть область Северной Европы, а не страну. А унификация экзаменов достигается ценой зверской унификации школ.

Повторю, именно из-за расслоения школ унифицированный выпускной экзамен у нас может оказаться орудием разрушения.
Тестирование
Тестирование вообще и вступительно-экзаменационное тестирование в частности -- американское изобретение. В Америке тесты сохраняют свое значение, в других странах чрезмерное увлечение вступительными тестами отходит в прошлое. С отрицательными сторонами тестирования человечество ознакомилось, и здесь не место их обсуждать.

Но это не значит, что тестирование вообще есть зло, тесты вполне можно и нужно применять там, где они применимы.

У нас в 1997--2006гг существовала система централизованного вступительного тестирования (организованная Хлебниковым). Она была добровольной для абитуриентов, а признавать ее или не признавать было делом вуза. Тесты были многоуровневыми. Сотни российских вузов добровольно признавали итоги добровольного тестирования. На пике система пропускала более 100 000 человек в год. Замечу, что это было "дешевое" мероприятия, не сопровождавшееся величественной маршировкой десятков тысяч людей (а обеспечением ЕГЭ ежегодно занимаются миллион человек).

К сожалению, и это тоже погибло под гусеницами бульдозера ЕГЭ.

А вот как раз такая система (или вот такие системы) могла бы быть одним из элементов нашего экзаменационного пасьянса.
Традиционные вступительные экзамены
В Японии лет 20 назад была введена система всеобщего тестирования, результаты которого обязятельны для всех университетов. Коллеги, с которыми мне приходилось разговаривать, до сих пор вспоминают ту эпоху с ужасом, и подчеркивают важность вступительных экзаменов. Самостоятельные вступительные экзамены в хорошие университеты давно вернулись, плохие университеты удовлетворены централизованным экзаменом.

Про Францию я писал выше. В Австрии несколько лет назад вернули вступительные экзамены на медицинских и ветеринарных специальностях. В Англии вступительные экзамены всегда были и, по-прежнему, есть.

Традиционные вступительные экзамены -- никакая не архаика. Это хороший инструмент, а на высокоинтеллектуальных или престижных специальностях они остаются самым эффективным средством отбора (но средством очень трудоемким и интеллектоемким).

Кстати, в 2004--2008гг в МГУ удалось сменить тип математических вариантов на естественно-научных факультетах. В нормальных условиях это могло бы способствовать постепенному общему оздоровлению в приемно-экзаменационной сфере. Но и это тоже погибло под гусеницами бульдозера. МГУ подчинилось ЕГЭ.
Устные экзамены
У нас наезд на устные экзамены (вступительные и семестровые) начался лет 20 назад. Основные лозунги за письменные экзамены: объективность, справедливость и контролируемость. Мы много на что насмотрелись за эти 20 лет, и что-то не видим в письменных экзаменах (и в ЕГЭ в особенности) ни объективности, ни справедливости, ни контролируемости. Не буду объяснять, почему это должно было случиться. Но это, так или иначе, случилось.

Замечу, что цель экзамена как контрольного мероприятия -- проверка "системы знаний". Эта цель (по большинству предметов) относительно легко достигается экзаменом устным, о вот придумать адекватный письменный экзамен по математике -- ой -- непросто (причем он будет иметь упорную тенденцию к деградационному развитию, которой можно сопротивляться лишь при наличии жесткой воли).

Добавлю, что в данном случае борьба за объективность предполагает презумпцию негодности преподавательского состава. Но тогда и сами учебные учреждения следует признать негодными. А при одном и том же качестве преподавательского состава устный экзамен будет много лучше и гибче письменного.

Постепенное отступление устных экзаменов из вступительной сферы объясняется скорее не заботой о поступающих, а тем, что организаторам легче так защищаться в агрессивной социальной среде. А также большой трудоемкостью устного экзамена.

А теперь о мировой практике. Я, к сожалению, не распрашивал последовательно коллег о степени распостраненности устных экзаменов во вступительной индустрии. Но в унифицированной экзаменационной системе Голландии такие экзамены присутствуют (комиссия: учитель плюс представитель центра). И их вернули в Германии в 2000 годы.
ФИПИрование
То, что у нас в просторечии называется "тестами ЕГЭ" -- никакие не тесты, а КИМы (контрольно-измерительные материалы) -- глубоко самостийное и незалежное изобретение российского бюрократического гения.

Напомню, что КИМы состоят из трех частей, из собственно теста, из задач, проверяемых машиной по ответу, и из задач, проверяемых вручную. Люди, особенно люди образованные и квалифицированные, глядя на КИМы, испытывают чувство раздражения, оно естественным образом начинается с тестов.

Автор много раз слышал и читал: Хорошо, что в конце варианта есть нормально проверяемые содержательные задачи. К сожалению, не так уж много людей в состоянии проанализировать наиболее сложную часть варианта по математике. Именно она и является его наихудшей частью (по-моему, на этот счет у "профи" есть консенсус; кстати, в 2009 году очевидно, что так есть, но в 2000 году было очевидно, что так будет).

А вот вторая часть математических КИМов 2007--2008гг. с технически-профессиональной точки зрения забавна и заслуживала бы самостоятельного развития. Она очень неплохо сделана с точки зрения целей собственно отбора по IQ, но, к сожалению, вдребезги заваливает математическое образование (основная беда тут состоит в стандартности вариантов и их одноуровневости).

Кажется, наряду с независимым тестированием можно было бы ввести независимое ФИПИ-рование (варианты с машинной проверкой по ответу) на тех же принципах: многоуровневость, добровольность для абитуриента, добровольность для вуза.

Различие ФИПИрования с тестироваемем (не в смысле формы, а сути): тест -- мероприятие, требующее быстрых реакций, в ФИПИровании допускается размышление.

Замечу, что вузы могут признавать итоги тестирования (ФИПИ-рования) лишь частично, а именно устанавливать минимальную планку, после которой они готовы рассматривать заявления. Это существенно упростило бы для них организацию вступительных экзаменов.

Варианты организации теста
Документ (или база данных) о тестировании (если мы хотим придавать этому документу универсальное значение) должен содержать информацию о точке, где оно проводилось. Просто иначе опять будет межрегиональное коррупционное соревнование по принципу "честность наказуема". Но любой человек, желающий учиться в другом субъекте, должен иметь возможность поехать туда и протестироваться там. В конкретном вузе или городском центре -- вопрос дискуссионный. Сибирь и Дальний Восток -- вопрос отдельный.

Еще можно организовать добровольно-обязательное унифицированное одноуровневое ПРОСТОЕ государственное тестирование. Но функции его должны быть предельно ограничены. Его, кстати, не обязательно устраивать в формате одновременного всеобщего мероприятия (и более того, лучше устраивать иначе). Информационная защита для тестирования (если я не ошибаюсь) проще, чем для экзамена, а из-за невысоких ставок ее не очень будут стараться пробивать.

В связи с этим стоит обсудить американский тест SAT-I. Он состоит из математики и теста IQ (сообразительность в пределах дозволенного). Мне не хочется здесь обсуждать, насколько плачевные последствия может ввести введение теста IQ у нас. Но общая технология проведения SAT-I очень интересна.

Он разбит на пять получасовых и на два 15-минутных промежутка. После каждого промежутка сдача работ и перерыв. Это позволяет создать хотя бы суррогат многоуровневости или многоэтапности. Тест устроен как гонка, но для разумного человека система снижает необходимость спринта на начальных участках.

Еще один элемент американских технологий (не знаю используется ли это в SAT-I), то что максимальный балл может ставиться, например, за 85 процентов правильных ответов (ценность более высоких процентов сомнительна, ну их и не учитывают и никого не провоцируют; вот ЕГЭ пошло бы на пользу, если бы баллы выше нынешних 75 не считались).

Отдельная история -- что там умеют то ли выравнивать сложность совершенно разных вариантов, то ли уметь оценивать с помощью вариантов разной сложности.

Стоит сравнить это с дуболомской структурой вариантов ЕГЭ.

У нас ведь тоже технологии разрабатывали, похоже, что и это похерено.

Но еще раз повторюсь. Если с помощью теста пытаться достичь чрезмерных целей, то он с замечательной гибкостью превращается в инструмент погрома.
Центро-Сканави
Есть еще одна старая идея российского происхождения, к которой можно было бы вернуться. По крайней мере, в отношении математических экзаменов.

Напомню, что 40 лет назад Сканави с группой сотрудников опубликовали знаменитый сборник задач для подготовки к вступительным экзаменам. Идея была в том, чтобы сделать "открытую базу данных", из которых приемные комиссии могли бы выбирать почти готовые задачи для вступительных экзаменов. Открытость базы компенсировалась ее размерами и разнообразием.

В отношении Мехмата или Физтеха эта идея, очевидно, не подходила. К сожалению, лучшие московские технические вузы в 80-90 годы "пошли другим путем", и путем дурным. Дело не в том, что они брали задачи "не из Сканави" -- это, как раз, нормально, а в том, что у Сканави были определенные взгляды на тему "что такое хорошо, а что такое плохо", неявно выраженные составом базы данных; в 80е годы все делалось хуже, чем было бы при выборке из этой базы. Кроме того "элементарная математика" (и вместе с ней поле для вступительных состязаний) была существенно обеднена по сравнению со взглядами Сканави.

А можно сделать вот что. На основе Сканави изготовляется несколько сот (или тысяч) комплектов из 4-6 одинаковых по смыслу и сложности задач. За час до экзамена компьютер на Лубянке случайным образом (но по хорошо продуманной программе) выдает хорошим вузам комплекты из 4-6 вариантов. Сохранность тайны лучше всего обеспечивается несуществованием тайны. А дальше включаются принтеры, экзамен пишется обычным порядком и обычным порядком проверяется. Можно на всякий случай дублировать проверку с помощью централизованной структуры.

Одно из редко отмечаемых слабых мест ЕГЭ -- то, что у нас принципиально невозможно создать общую систему качественной проверки работ. А в хорошем вузе их хорошо проверят.

Другое слабое место ЕГЭ -- проблема выравнивания сложности вариантов. Это накладывает на структуру и "идеологию" КИМов тяжелый отпечаток (в частности, влечет стандартизацию)... А сложность все равно не выравнивается. В рамках центро-Сканави никаких проблем с этим нет.

Теперь пара замечаний. Разумеется, не надо держаться за "букву Сканави". Это лишь отправная точка, далее базу вполне возможно пополнять (в том числе качественно новыми элементами). В частности, необходимо внести в нее задачи на доказательство.

Далее, понятно что буквальное "вбивание" Сканави в компьютер провоцирует коммерческий электронный ответ (скажем из Эквадора по законам Эквадора). По той же причине не желательно иметь базу окончательных формулировок задач. Этого можно избежать, включив в цепочку ручную доводку (произведенных компьютером) вариантов. Ее могут делать пары или тройки спецов, которых в ночь перед экзаменом (или на рассвете) сажают трудиться в те же подвалы на Лубянке (или куда-нибудь еще).

И, наконец, при таком подходе возможна и более тонкая игра (о которой мы уже забыли). Сложные варианты по математике могут быть нужны при отборе физиков, юристов, медиков... Но это же совершенно разные люди, и математику они пишут по разным причинам. В рамках Центро-Сканави самые разные специфические запросы вузов вполне можно учитывать. Хочешь -- Сканави-classic, хочешь -- Сканави с изюмом, хочешь -- варианты по de facto расширенной программе, хочешь -- казуистику, хочешь -- шагистику. Не говоря уж о том, что должен выполняться запрос на уровень сложности варианта.

База должна быть полуоткрыта для всех, а ее состав должен быть предметом открытого обсуждения профессионалов. Управляться база должна университетскими кругами, а не министерскими структурами (которые в момент превратят ее в груду мусора).

Боже упаси совмещать эту базу с Федеральным Банком Заданий, пусть тамошние банкиры распоряжаются тамошними нетленными сокровищами.
"Развитие олимпиадного движения"
В 1950---2000гг школьные олимпиады были незаменимым элементом нашего образования.

По сути они были просветительским карнавалом. Очень немногие люди поступали с помощью них в вузы (при этом достаточно немногие, чтобы просветительский смысл олимпиад не заменялся на арену социального соревнования).

В последние годы олимпиады старших классов сменили свой смысл -- теперь это замаскированные вступительные экзамены, на которые начинают наползать все неизбежные при этом беды. Это больше не олимпиады...

Все прошлые годы олимпиады были в руках неформальных группировок, которые могли быть, а могли и не быть связанными с университетами. Так больше продолжаться не может. Хозяева постепенно меняются.

Так что и олимпиады пошли под нож бульдозера ЕГЭ.

Но по нонешним временам, благодаря квазиолимпиадам, у способного человека еще остается шанс поступить в Университет.

Кстати, вузовские квазиолимпиады -- неплохое изобретение 90х годов. А навешивание на карнавальные олимпиады несвойственных им функций -- промежуточный итог борьбы последнего десятилетия. B реальности "квазиолимпиады" сейчас -- это фиговый листочек, скрывающий монополию ЕГЭ.
Портфолио
Это мертворожденная идея наших чиновников в подражание некоторым действиям американских университетов. Но в Америке многое может делаться честно, а у нас это портфолио превратится в многоуровневую коррупционную кормушку. Подробнее не обсуждаю.

Эта карточка с точки зрения пасьянса бессмысленна...
Защитный тест или профилирующий экзамен
Мы живем в коррумпированной стране. И вузы как-то надо защищать от нашествия блатного контингента. В принципе возможно такое решение. Перед зачислением человеку дается простой тест (проще того экзамена, который он успешно написал). Сдал -- зачисляем. Не сдал - своболен.

Не очень надежно, не очень красиво. Но бороться с коррупцией можно лишь открыто признав, что она есть.

А лучше никого не унижать подозрениями и для всех проводить в вузе (если он этого хочет) профилирующий экзамен или средствами вуза или или с помощью одной из процедур, описанных выше. Интерпретировать результаты экзамена должен вуз.

Это правда означает отказ от одного из основных пиарных лозунгов ЕГЭ -- упростить подачу документов в вузы. А может бог с ним?
Вчера, сегодня, завтра
Кусочков, из которых можно складывать вступительно-экзаменационный пасьянс, много (больше, чем выше обсуждается). В других странах люди пасьянс складывают. И мы бы давно сложили, если бы не потратили 9 лет в борьбе за абсурдную и, в определенном смысле, беспрецедентную идею ЕГЭ. Или давно бы вернули к жизни старую систему вступительных экзаменов (по состоянию на 2000 год она была реформируема).

Я нашел в интернете старые речи 2004--2005гг тогдашних проводников ЕГЭ на уровне Министерства.

Виктор Болотов (тогдашний руководитель РосГосОбрНадзора, который ЕГЭ и вводил, снят весной 2008 года) выглядел хоть и тоталитаристом, но просвещенным тоталитаристом. К сожалению, его диктаторская власть над образованием заставляет вспомнить речи 1953 года: "поставил органы госбезопасности выше партиии". Фактически РосГосОбрНадзор, оставив функции надзора, стал определять школьную программу старших классов посредством ЕГЭ, а также занялся проблемой перестройки массового сознания (соответствующие речи очень забавны).

Владимир Хлебников (снят Болотовым в январе 2007 году по коррупционному обвинению, им отрицавшемуся) в 2006 году говорил о необходимости многоуровневого экзамена, приводил статистические данные, свидетельствовавшие о степени клановости и коррумпированности мероприятия в провинции, о том, что никаких средств для обеспечения его честности придумать нельзя. Его доклад (вот еще ) интересен и тем, что там предлагались и обсуждались возможные направления реформы (это единственная известная мне попытка подобного анализа, вообще обсуждение возможных альтернатив ЕГЭ -- самое страшное табу наших mass-media).

Вроде люди говорили разумные или не вполне безумные речи. Хоть и было пасмурно, а беспросветной мглы, пришедшей в 2007--2009гг. еще ничего не предвещало.

Но итоги экперимента по введению ЕГЭ уже к 2005--2006гг. были плачевны. Мне приходилось беседовать с коллегами из провинции, как только в регионе успешно вводился ЕГЭ, вузы начинали погружаться в трясину (причем не из-за коррупции, не из-за плохого отбора, а из-за скольжения вниз среднего уровня выпускников школ).

Год 2005-2006 был рубежом. Вполне выяснилось, что экзаменационная идеология никуда не годится, а государство не в состоянии обеспечить проведение экзамена. И в министерстве и в вузах это прекрасно знали. Надо было срочно искать другой пасьянс. Вместо этого последовало голосование Государственной Думы 2007 года, которое войдет в историю нашей страны. Если у нее еще будет история.

Добавлю, что несмотря на сопротивление, оказываемое самыми разными людьми самыми разными способами год 2009 много хуже года 2008го, а год 2010 ничего хорошего не предвещает.

Ближайшие годы нам предстоит стать свидетелями эпической борьбы за исполнение "благородных намерений ЕГЭ", смена лиц разных уровней, воплощающих в жизнь эти намерения, разработки КИМов на альтернативной основе, дальнейшее обогащение ЕГЭ-пиара, лихорадочное переливание из пустого в порожнее, введение ЕГЭ во внутривузовской практике и разные ходы ва-банк для того, чтобы скрыть провал проводимой политики.

Давайте пофантазируем...
Против лома нет приема. Обсуждать, что можно было бы в принципе разумное сделать -- дело пустое...

И, все-таки, давайте пофантазируем. Если бы мы были в Германии...

То был бы такой выход. С ЕГЭ снимаются функции выпускного экзамена, и от него освобождаются 30 лучших вузов (но именно освобождаются, а не устраивается издевательство типа списка--2009), с него снимаются функции выпуского экзамена, а все остальное делится на 4 куска (надо помнить, что, кроме вузов есть и техникумы, и тоже разные) по франкно-израильскому образцу.

Но мы не в Германии, и сильно лучше от этого (тем, кого не освободят) может и не стать. Останется праведный джихад министерских чиновников и реформаторов против всех умных, дельных и порядочных людей. Никуда не денется наша подковерщина. И главное -- даже в хорошем исполнении (чего с нашим Минобразом ждать трудно) эта система дурна.

А еще в ЕГЭ, как будто нарочно, все сделано для всестороннего и гармоничного развития коррупции (лучшее свидетельство степени коррумпированности экзамена --- степень засекреченности статистики результатов ЕГЭ, до них не может добраться даже Думский комитет).

Поэтому продолжим фантазирование. Другой вариант. За ЕГЭ оставляются функции отсекающего экзамена, а все остальное становится добровольным и дополняется тестирующими, фипирующей, центросканавирующей струkтурами, а также вступительными экзаменами и предварительными университетскими квазиолимпиадными конкурсами. Все это вызывет сложности, суету, борьбу, но это будет жизнь, а не смерть. Система сможет развиваться, бороться с трудностями, совершенствоваться.

Боюсь, что и в качестве отсекающего экзамена ЕГЭ может оказаться социально опасным. Это может вылиться в показательную порку вузов в наименее коррумпированных регионах страны. Этим летом посмотрим. Оставлю соответствующие комментарии другим ораторам.

Быть может, лучшее, на что способен нынешний ЕГЭ -- восстановление из него системы ЦТ -- добровольного централизованного тестирования и выделение параллельной системы многоуровневого добровольного фипирования. Ведь если это будет сделано нормально, то и возражать люди не будут. Но этого мало, надо частично восстанавливать вступительные экзамены и вводить центро-Сканави.

Наше образование сейчас в значительно худшем положении, чем в 2000 году. Что касается вступительных экзаменов, то в 2000году был кризис, а ЕГЭ2009 (ожидавшaяся панацея от всех бед) --- это разбитое корыто. И, скорее всего, влиятельные сторонники ЕГЭ понимают это не хуже, чем противники.

Но пасьянс пока еще разложить можно. И чем позже его раскладывание начнется, тем меньше будет возможностей и меньше шансов на хотя бы частичный успех. "

http://www.mat.univie.ac.at/~neretin/obraz/x.html
Это текст о состоянии современной математики в России и отношении автора к элитной науке.
Отрицательное отношение - ничего, мол, не получается.
Tags: education2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 141 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →