Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Shapin S.

The Scientific Revolution. The University of Chicago-Press. Chicago and London. 218 p.
"Нет такой вещи, как научная революция, и эта книга – об этом". Историки некоторое время назад объявили о том, что было событие – одновременное, подобное катаклизму изменение людей в их отношениях к внешнему миру и знаниям о внешнем мире. Это было начало модерна, это было Хорошей Вещью. Потом это назвали самым глубоким интеллектуальным изменением со времен античности. Сейчас концепция научной революции вставлена в традицию. Имеется уже много «традиций» в ХХ веке, которые числят научную революцию в своих предках.

Высказывание «научная революция» вероятно сделано Александром Койре в 1939, об этом упоминается в книге Халла the scientific Revolution 1954 года.

///Книга Шапина написана в подчеркнуто сниженной, популярной манере: это видно в самоостранении от других авторов, пишущих на эту тему. Скажем. Автор говорит что-то вроде «ранний модерн» - так историки называют время… Сразу ощущается положение, занятое автором в иерархии: он рассказывает неспециалистам о том, что наделали специалисты. И рассказывает слегка остраненно и неодобрительно. На с. 8 он сам говорит, что книга не рассчитана на читателей-ученых и специалистов. ///

Сама идея научной революции появилась в 18 веке у философов французского просвещения, которые представляли себя как радикальных революционеров, совершивших переворот в культуре Старого порядка.

Многие историки недовольны сингулярным дискретным событием «научная революция»», кратким и ограниченным во времени очень четко. Шапин: это не было таким событием, скорее разнообразный массив культурных практик, имеющих целью понимание, использование, контролирование природного мира. У каждой практики иные свойства и каждая использует иные методы изменения.

Мы сейчас сильно сомневаемся, что имеется что-то вроде единого «научного метода» - универсальной, действенной процедуры создания научного знания. И всё более скептично смотрим на истории о возникновении науки в 17 в.
Наука 17 века была продолжением средневековой, а революции 18 и 19 веков в химии и биологии в большей степени подходят под название «научной революции».

1) наука является исторически обусловленной социальной активностью. Исторически ограниченный феномен. 2. Споры между сторонниками интеллектуальных факторов (идеи, понятия, методы и пр.) – и социальных факторов – организации, политические и экономические влияния в науке. С точки зрения социологии надо показать структуру создания знания, знание как устойчивый социальный процесс. 3. Сторонники социальных факторов обычно говорят о внешних науке вещах – использовании метафор, или об идеологических либо политических влияниях. И старательно различают политическое в науке и истинно-научное. Это смешно. Нас заботят проблемы факта – как соединены влияния социальные и научные. Автор считает, что особенности науки 17 в. – малозначащий вариант современных форм социальной жизни ?). Но автор открыт для всех трактовок и всех историй. Глупо думать, что у такого слушания всех имеется определенный исторический метод – автор просто интересовался этой историей. ///То есть не надо требовать от автора этой книги "метода" - он просто рассказывает историю///

Четыре взаимосвязанных аспекта изменения знания: 1) механизация природы: повышенное использование механических метафор для конструирования природных процессов. 2) деперсонализация знания природы: рост разделения между субъектом и объектом знания; особенно между очевидностями человеческого опыта и тем что «есть в природе на самом деле». 3) позволяет эксплицитно сформулировать метод и цели науки, создание знания становится дисциплиной, элиминирующее человеческие страсти и интересы. 4) результат изменения знаний о природе используется для изменений в морали, устройстве социума и политике.

Про механицизм 17 в. важно – что именно механические машины мыслились – не химические и пр., и что полагали, что весь мир только и исключительно из машин. Это и есть механицизм 17 в. – в отличие от других механицизмов. Характерна метафора часов – самого сложного механизма той эпохи. Часы изобретены в 13 в., в 14 стали обычным атрибутом больших городов. Эти часы были устроены так, чтобы видна внутренняя механика и работа часов была хорошо понятна. Только в 16 в. с появлением моды на домашние часы они были помещены в корпуса, в которых заметны только движения, измеряющие время, а внутреннее устройство часов спрятано. В 1660-х Р. Бойль писал, что мир есть большие часы. Для Бойля, Декарта и других метафора часов была точной и плодотворной: она указывала мысли путь, которым надо было следовать. Часы считались сложными и моделировали сложность интеллектуальных актов. Машина автономная и может быть дистанцирована от создателя – часы тут, а часовщика нет. Часы – штука единообразная и регулярная. В механической машине важно, что она насквозь понятна, умопостигаема. В ней всё сделано людьми и потому понятно ///старый аристотелевский критерий – понимать можно лишь то, что делаешь сам//.

В эллинистический период считалось, что машина – более чем сумма ее элементарных частей. Апокрифическая история – когда иезуиты поднесли часы в подарок китайскому императору, он решил, что они живые. Историю рассказывал Бойль.
Важна противоположность механической философии – антропоморфизму традиционной натуральной философии. Сильным подтверждением механического взгляда было конструирование барометра Торричелли. Объяснения механицистов противостояли объяснениям натурфилософов, вводивших в объяснения оккультные силы. В Ренессанс традиции натуральной магии были сильны и служили фоном для объяснений. Общее мнение: что силы симпатии могли действовать на расстоянии и т.п. Результаты действия таких сил были наблюдаемы, а само действие скрыто, почему их и называли оккультными. Человеческое тело – микрокосм – связано с макрокосмом через многочисленные оккультные влияния. К оккультным относится и действие магнита, и лечение травами. В метафизике механицистов было основным положение об абсолютной пассивности объекта, пассивности материи. Это – влияние Мерсенна и Декарта. Через Декарта передано Бойлю, Гоббсу и другим. Но одновременно для людей того времени были иными факты – Бэкон не спорил с фактом, что рану можно вылечить лекарством – это вероятно, но не всегда, но вот нанесший рану меч или нож всегда может ее залечить – даже если находится более чем в тридцати милях от раненого. Это было общепринятое объяснение.

У Бойля было только два крупных принципа в философии – материя и движение. Декарт – протяженность и движение. Поддерживал, что физические тела состоят из трех элементов, это виды материи. Различающиеся размером и формой. По увеличению размера – огонь, воздух, земля. Это Декарт. Одни тела чистые – как солнце и звезды. Только из элемента огня, другие тела – смешанные. Проблема – что мелкие корпускулы, из которых состоит мир. Неощутимы и ненаблюдаемы, что приводит по видимости к возвращению в философию оккультных качеств. Это строение мира имеет гипотетический характер.

Галилей о том, что называют "горячим". 1623 The Assayer «Я думаю, что вкусы, запахи, цвета и т.п. не более чем названия для таких объектов (элементарных), из которых состоит всё». Первичные качества в самом деле относятся к объекту – это части формы, размера или движения. Это абсолютные качества. Вторичные же - краснота, теплота и пр. – производные от первичных качеств, это субъективные эффекты.

Излагает Аристотеля через иерархию форм, налагаемых на бескачественную материю. Бойль полагал просто абсурдным говорить о формах вне материи. Такие сущности не могут фигурировать в физических объяснениях.
Важно: механистические философы полагали, что их объяснения являются исчерпывающими, полными не только для некоторых явлений, но для всех явлений. Микромеханическое объяснение причин.

Платонизм Кеплера 1596. Орбиты определяются Платоновыми телами – правильными многогранниками. Круговые орбиты планет Кеплера – ошибка. Показал Ньютон. «Принципы» - единая математика для небесных и земных механизмов. Дальше о выполнении Ньютоном программы Галилея и введении «оккультных»=скрытых сил тяготения.

Шапин добрался до ботаники – такое же крайне популярное и поверхностное изложение – мол, Гиппократ-Гален, Диоскорид. Отцы ботаники, Парацельс и призыв к опыту от книг, ботаническая традиция… Как везде.

Влияние христианства – ценность чтения книги природы. Влияние современности – что известный мир был много больше, чем в античности. Философские схемы, основанные на узости знаний, не выживали. Открытие Нового света и поток материалов… Специально оговаривает - это был сильный аргумент насчет книги природы, можно было спорить с авторитетом отцов церкви.

///Как раз видно – новаторство социологов-науковедов относится к подходу, их взгляды на саму науку – более чем традиционные, этакие супербанальные. И на это банальнейшее представление они накладывают привычные им схемы мысли. Становясь известным вне социологического сообщества, это вызывает интерес и возражения – хотя эти их тексты больше говорят о методах современной социологии и уровне представлений об обществе, чем о науке, которой они в общем-то посвящены///

Агрессивность философии 17 в. ушла с той современностью, отброшена как устаревшая.

Немногие следуют за Гоббсом, считавшим всю древнюю философию мошенничеством и пакостью.

///Надо сказать, что люди вроде Гоббса и Локка составляют полную аналогию людям типа Поппера. Видимо, каждому веку положены такие люди – типаж необразованного философа должен быть исполнен///

Опыт. Какие имеются виды опыта? Как попадают внутрь опыта обобщения о естественном порядке? Современные дискуссии философов отошли от этой темы. Цель научной демонстрации – показать, что эффект необходимо следует из причин.
Peter Dear – в 16-17 вв. факт означало универсальное положение о факте – могло опираться на авторитет. Для Аристотеля опытом было мнение знающих людей. Для Декарта – лучше сделать нечто простое, чем полагаться на то, что само предстает нашим чувствам. Галилей сообщал, что делал эксперименты часто, сотни раз – сейчас историки сомневаются, что он их проводил хоть единожды. Бэкон – регистрация фактов в таблицах.

Создание экспериментального факта. Переход от «случившегося в природе» к «действительно случившемуся в природе». Люди 17 в. – Бэкон. Гоббс, Декарт, Гук и т.п. – были уверены, что можно познать природу – если только разум использует правильный метод. Метод был главным средством. Метод был тем, что делает знание сильным.
Индуктивные процедуры были особенно влиятельны в Англии. Континентальные практики проявляли скепсис относительно их философской легитимности.

Цель критических экспериментов – решительно выбрать между двумя конкурирующими физическими теориями. Термин «критический эксперимент» первым использовал Роберт Бойль, обсуждая на работу Паскаля.

Методология может быть мифом, но этот миф выполняет реальные исторические функции.

Современные методология науки не понимает вещи. Какими они даны в природе – она создает эти вещи, делает вещи «второй природы», оформляет их понимание для распространения таких знаний.

Механическая метафора лежит в сердце новой натуральной философии 17 в. Искусственное построение экспериментов – научная программа, введенная Лондонским королевским обществом (основано 1660). Особенно Р. Бойль. Изобретение насоса – это великая машина научной революции. Машина, создающая факты.

Границы науки. Определенные знания о фактах, пригодные для практической демонстрации. Математика и логика, повязанные на практический выход. Бог как великий часовщик.

Создание публичного знания
Бойль и его сподвижники употреблял новые техники для трансляции знания, результатов экспериментов. Число прямых свидетелей эксперимента всегда ограничено. Тексты Бойля с детальными инструкциями. Эффект присутствия на эксперименте, увеличение числа виртуальных свидетелей.

Создание сети научной интеллигенции с центром в Королевском обществе. Гоббс усиленно пропагандировал программу экспериментов и призывал к ассоциации с Бойлем и Обществом.

Программа систематизации фактов и регистрации натуральных эффектов: естественная история. Две программы науки – Бойля и Ньютона. Ньютона – где математика, теория заменяет эксперименты. Это, так сказать, разные игры одной команды натурфилософов.

Проблема адекватности знания. введена процедура опроса – среди прочих. То есть интерсубъективности – что многим кажется именно это.

Современные работы по Галилею показывают, что патронаж оказывал влияние не только на жизнь, но и на темы исследования и формы представления научных работ. Милитаризация науки – не изобретение ХХ в., была и ранее, для математики, для астрономии – которая всегда связывалась с навигацией и политическим контролем на больших расстояниях. Со временем наукой стали заниматься джентльмены, ими создан миф о том, что ученый – джентльмен, который занимается наукой по своей доблести и – для целей общества.

Люди до того приватно и разнообразно добывали знания. Бэкон – его программа интеллектуальных реформ - провозгласил метод – машину метода – продуцирующей достоверное знание. Гарантом достоверности стало следование машинному методу.
Описываются способы интеграции академий с правительством – в Англии и Франции. Члены университетов были вписаны в общество. Это была корпорация. А в Королевском обществе люди представлялись – джентльмен, свободный и независимый. Подчеркивали независимость от институтов. В обществе джентльменов действовали конвенции гарантированно-хорошего поведения. Подчеркивались манеры ведения дискуссий и т.п. Запрещены ad hominem, темы политики и теологии, метафизики. Бойль специально подчеркивал границы между фактуальным и теоретическим.

В 17 в. не было противостояния науки и религии – этого просто не существовало. Миф. Было много очень специфических проблем между взглядами некоторых натуральных философов и интересами некоторых религиозных институтов.

Механицизм тогда, в 17 в., не казался антирелигиозным – Мальбранш писал: когда я вижу часы, я представляю разум, который их создал. Так что механическая философия воспринималась как подтверждающая веру, а не противоречащая. Механическая концепция природы поддерживает существование Бога на более фундаментальном уровне.

Декарт был более механистом, чем Ньютон и Бойль, применяя к человеческому телу, трактовал все функции именно и только как механические – пищеварение, питание, выделение пищи и пр.

///Видимо, можно сказать, что для Декарта такая трактовка означала просто, что человек может познать эти функции тела, для него механическое – это понятное, вот и всё – он отказывался понимать что-либо немеханическое. Прочее ему казалось смутным. Так что спор с механицизмом был не за научную модель объяснения, а за возможности рациональности – если рационально можно понимать не только машины (=механические машины), то Декарт не прав. Если только их – прав. И тем самым разговор переходит в плоскость антропологии: что же делать, если одни люди ясно понимают только машины, а другие утверждают, что ясно понимают и не-машины? Причем разное. Одни доказывают, что ясное понимание возможно для химии. Другие – для изучения живого. А дальше вопрос, что считать ясным – ведь если те, кто понимает химию или жизнь, не могут этого объяснить тем, кто понимает только механизмы – понимают ли они это ясно?///

Тема: Деперсонализация природы и распространение практик продуцирования знаний – понимание того, что это становится неинтересным.

Социальные установки – человек может быть машиной. Но мы ведем себя в обществе по договору, как будто он не машина.
Великий парадокс, лежащий в основании современной науки – с 17 в. Это парадокс: объективные и неинтересные идентичности естественных наук и обыденный мир страстей и интересов. Как только мир стал неантропоморфным, он стал неинтересным. ///То есть утверждаемое в качестве метода научное бесстрастие имеет прямым следствием – отсутствие интереса///

Мы приходим к пониманию процессов, сделавших нашу культуру. Тогда слова «наука» и «общество» обретают новые значения.

Автор: то, что я говорю, не наука, но это истории, рассказываемые нами о науке. Самые критичные критики науки – ученые. Они более подготовлены к этому, чем философы и социологи. Наука остается наиболее достоверным и устойчивым элементов современной культуры.
Tags: books6, science4, sociology7
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 13 comments