Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Categories:

И.А. Жирков. Жизнь на дне. 2010

Много раз была такая ситуация: меня нечто спрашивают "за биологию". И мне приходится отвечать: всё сложно, потому что у меня - не мейнстримные взгляды, мейнстрим думает нечто, что мне представляется чушью, а то мне кажется здравым - нигде не сказано, потому не могу ответить, это надо писать толстенную монографию, чтобы хотя бы какие-то основания изложить, наскоро не получится, а отвечать, что думает мейнстрим с поправками - не выйдет, там - с моей точки зрения - не мелкое уклонение, а "глобальная чушь", ошибки фундаментальные и кратко неисправляемые.

Разумеется, эти мои оговорки всерьез не воспринимают и продолжают требовать "ну намекните, я пойму" - а потом, конечно, выясняется, что "пониматель" себя-то понять не в силах, не то что собеседника.

Однако я это не к тому, чтобы еще раз пожаловаться населению Земли на поведение этого населения, а вовсе даже наоборот - вышла очень значительная книга. Очень многое из того, что мне кажется здравым, там написано. Ясное дело, речь не о подписях под страницами "со всем согласен" - почти во всех случаях мне представляется, что феномен изложен верно, а вот объяснения я бы применял иные, и есть многое, за что я отвечать не готов - но это совершенно неважное дело. Важно, что появилась действительно серьезная, умная и логичная книга по экологии и биогеографии - работа И.А. Жиркова.

По типу это фундаментальный труд вроде книги Гептнера - начинается с основ экологии и восходит до вершин биогеографии. Таких книг в истории этих наук - не более первых десятков. Важнейшая особенность - обычно такие вещи делали для суши, и писалось это специалистами по лесу или по степи. а тут пишет не лесник или степняк, а - специалист по донным океаническим сообществам, моряк. Конечно, гидробиология разработана похуже сухопутной экологии, так что вот только сейчас в ней можно подвинуться на ступеньку, где сухопутники были еще в прошлом веке - но именно благодаря этому можно спокойно осмотреть путь, которым обычно ходят теоретики в этих местах.

И что самое существенное в этой книге - что автор сам продумал материал. Бывает это не столь часто, как кажется, и результат... Часто самостоятельное продумывание есть стыдливое наименование для нагромождения чуши, которую читать - только время тратить. Но тут - случай совершенно иной. Это хоть и толстая книга, но к прочтению необходимая. Я не знаю, где еще можно встретить такое собрание концепций. Сам автор и говорит - по многим вопросам все 100% мировой литературы выговаривают иное, чем у него, весь мейнстрим думает иначе. А он говорит... Нет, я не полагаю, что он это "придумал" - придумано это разными людьми и давно, тут работал и Разумовский, и Жерихин, и многие другие. (Это крупные ученые; другое дело - мало кто представляет себе науки, глде они - крупные). Просто дело в том, что повторить взгляды и обоснования этих людей мало кто может - кишка тонка. Мыслительная такая кишка - не помещаются мысли в голову. Несколько раз я видел, как Жерихин излагает свою концепцию паре десятков докторов наук - тех, что славятся высоким уровнем, очень умных и образованных. А излагал он как можно проще - на уровне "для заинтересованных школьников", и я видел результат - по вопросам и дискуссиям - это был полный ужас, не входили самые элементарные вещи.

И на этом фоне появление книги, где человек на оригинальном материале самостоятельно продумывает основные понятия - это событие очень большого масштаба. И придираться можно, только понимая масштаб автора и данной книги. Придраться есть к чему. Книга написана очень плотно и не очень внятно. Многие места понятны профессионалам (которым текст не нужен - они знают, о чем тут говорится, без разъяснений), а непрофессионал не прорвется - определения понятий даны на четвертый-пятый случай вхождения слова в текст, символика рисунков иногда не объяснена в тексте и не самопонятна, иные вещи сказаны так кратко, что понять их просто нельзя... Высказывается несколько очень вызывающе-парадоксальных положений. Например, об автотрофности коралловых рифов (основание: они аккумулируют углерод, а это и есть истинный смысл автотрофности) или о том, что правило Гаузе - по сути, фикция.

Замечу - мне не кажется, что эти острые места - ошибки, я бы только хотел тут более тщательного и медленного изложения, может оказаться, что автор "смазал" некие теоретические положения, выразил их не самым лучшим образом и при должном разъяснении некоторая парадоксальность пройдет с заменой формулировок. но это - мало того, что мое мнение (а я - не профессионал), так еще и не слишком важно. Как всегда, где есть ошибки - они являются ошибками автора, это его ноша и ему с этим возиться, а читатель волен хмыкнуть и не обращать внимания. Много важнее, что в книге поставлены под вопрос многие ранее "беспроблемные" теоретические прогоны, имеется множество свежих, красивых примеров (биологические примеры нормального качества - редкость; правда, многие примеры, насколько я понимаю, не верны... но это другое дело) и высказаны многие важные концепции.

Так что это - одна из тех книг, к которым я бы посылал, когда меня спрашивают. Спрашивают, почему я считаю, что нынешняя математизация биологии приносит вред (не нейтральна и не полезна), почему представления о конкуренции и пр., так легко всасываемые в мозги всяких экономистов и социологов есть непрожеванные мысли, на деле иначе, почему концепции сообщества в биологии - совершенно иные, чем принято, и чего в упор не понимают ни социологи, ни экологи - шарахающиеся от структурных моделей. Спрашивают, как же так - не может же быть, чтобы, если в самом деле есть факты, доказывающие быстрое и мгновенное видообразование (за считанные поколения, то есть "за год" или "за сезон"), то эти факты либо должны быть прописаны во всех учебниках и привести к перевороту, либо это чушь, что не может быть, чтобы... Всё может быть. Все слова по поводу мейнстрима каждый знает сам, а порядок их произнесения есть дело вкуса и индивидуальной стилистики. Дело как раз в той слепой точке, до которой доходят обычно почти все дискуссии в этом журнале. Да, есть факты, да, есть концепции, есть определения - значит, можно разобраться? Нет, если люди имеют иное умонастроение и мировоззрение, они не увидят фактов (воспримут их значимость иначе) и не поймут теорий - не в религии или философии, а в естественной науке. Нет принудительных доказательств и шевеленеи мозгами заменить нельзя - а подавляющее большинство... гррхм... не шевелит. Это не теория - я сам видел эту неподвижность, и приличных слов у меня мало.

Это я, опять же, к тому, что это - замечательная книга. Повторюсь - дело вовсе не в том, что автор изложил теории, которые мне нравятся. Не так - иные не изложил, а иные его мысли не вызывают у меня согласия. Но он в самом деле мозгами шевелил самым активным образом, что в биологических науках - крайняя редкость, прокопал чудовищный по объему материал и сделал толстый том, который - вопреки всем недостаткам - является вполне приличным изложением проблем. Которые в подавляющем большинстве других публикаций даже не поставлены. В томе Жиркова иногда даже не главы важны - придаточные предложения, потому что, уж не знаю, всегда ли это автор сознавал, а может, не везде хватило места - иные мысли там зацепляются из придаточного оборота и более ни из чего - а эти мысли, в общем, нигде не изложены, я их и устно-то слышал раз-два за жизнь от очень неординарных людей, которые записать свои идеи, опять же не успели и не смогли. Так что в этом томе "о гидробиологии" в самом деле изложено то, что не худо бы знать о биологии и социологу, и экономисту, и математику, которого иной биолог зовет помочь.

Кратко о чём. Первая глава - вводная, физика моря, много "нешкольных", нетривиальных фактов, но написано столь конспективно, что понять почти невозможно - но можно хотя бы выцепить тезисы, с которыми при желании возиться самостоятельно. Далее - глава об аутэкологии, срвнительно обычная, хотя много хороших примеров. Тут очень важно изложение модели Раменского про виолентов, патиентов и эксплерентов. В скобках и на полях - изложение меня не устроило, автор разбирает несколько способов понимания данной модели (что прекрасно), но не упоминает тот способ понимания, который мне кажется верным (увы), но в целом это редкая тема - мало кто вообще понимает эту модель и знает, зачем ее использовать. Так что низкий поклон автору за внятное изложение модели - что нет адекватного понимания её функции - уж ладно, не всё сразу. Следующая глава - о сообществах. Говорится о сукцессиях донных биоценозов - это, в общем, очень новый материал, почти нигде об этом ни слова.

А далее - совсем новый теоретический материал, излагаемый автором - по работам Разумовского и Жерихина. Это - в главе о синэкологии, это крайне важное место книги и материал изложен очень интересно. Автор назвал подходы - мейнстримный, математизированный - континуальный, где ценозы - случайные и зависящие от факторов среды компоновки видов, и другой - структурный, где сообщество регулирует свой состав. Показано, каким образом провирается мейнстримная континуальная модель и где именно подтасовываются понятия и факты, чтобы "всё сходилось". Многие факты получают новую трактовку при применении структурной теории, частично это "новые" факты, то есть факты гидробиологии, никогда не входившие в круг распространенных примеров структурализма. Не думаю, что это хоть кого-то из мейнстрима убедит - как всегда - важно другое: это изложено, и имеющий глаза может прочесть внятное изложение.

И потом - раздел о биогеографии. Тут начинаются сложности иного типа. В главах об экологии глаз натыкался на препятствия вроде того, что коралловый риф - это автотроф, или что ценофобы в определенном смысле входят в сукцессионную систему (это "наши" ценофобы). Если угодно, это можно описать как отдельные заусеницы, лишь слегка мешающие воспринять общий смысл. А в биогеографическом разделе ситуация много тяжелей - тут я не могу согоаситься и с общим смыслом.

Сколько-нибудь подробный разбор затруднителен - многие сотни страниц плотного текста из примеров (не всегда верных) и обобщений, аргументов - трудно обсудить в паре абзацев. Я попробую сказать в самой общей форме.

Биогеография Жиркова хороша своей логичностью. В этой области в некотором смысле не существует мейнстрима - почти каждый исследователь создает свою картину, а все прочие оказываются очень странными - и, в общем, в самом деле, так взгляды очень спутанные и мало проясненные. Только кажется, что предмет этой науки, биогеографии, прост - на деле это сумасшедшее варево недоказанных обобщений и разного рода недопустимых логически смешений. И вот на этом фоне концепция Жиркова очень стройная и внятная, держащаяся собственных провозглашенных принципов.

Это хорошо. Но согласиться с этой логичной системой трудно. Получается там примерно вот что. Биогеографию следует делать, проводя линии по границам крупных ценотических систем. Тем самым образуется сказанная выше логичность - всё изложение экологии, доведенное до детального рассмотерния теории сукцессионной динамики, как раз в тему. Биогеография прямо вытекает из экологии, из представлений о динамике сукцессионных смен.

И что это значит? Имеется, скажем, схема Разумовского, биогеография растений, которая и сделана именно таким образом - автор теории произвел биогеографическое районирование. И - по мнению Жиркова - все работы биогеографов должны, по сути, подтверждать и уточнять данную схему Разумовского. Ничего другого и быть не может.

Это первое обстоятельство. Второе - каким образом это можно делать. Конечно, чтобы вести районирование таким способом, надо иметь представление о структуре биоценоза, о ценофилах и ценофобах - развернутое предствление о том, какие виды выполняют какую роль в ценозе. На ценофилы биогеографу следует ориентироваться, чтобы создать биогеографическую схему, а на ценофобов можно не обращать внимания, они ничего не добавляют к картине. Это значит, что - если по-хорошему - биогеограф может приступать к серьезной работе только после детальнейшего изучения всех ценотических систем на территории, вплоть до указания точных ролей, в которых работают все виды на территории. (Там замечательная штука говорится - хорошо различаемые виды - вот счастье - это ценофилы, а виды-двойники - это ценофобы, что определять трудно, то биогеографу и не надо. Мысль ну очень резкая и, как бы мягче сказать, - не стоит ее критиковать. не надо, пусть уйдет и умрет своей смертью, ничего иного ей не суждено).

Конечно, детальное повидовое изучение всех ценотических систем территории - невозможная и неподъемная задача. На первый взгляд, такая ситуация делает биогеографию абсурдом. Но мне кажется, это обстоятельство не столь важно, как первое. В конце концов, выделение идеального объекта (в реальности не существующего) или идеального метода (в реальности работают лишь приближения) - довольно обычная ситуация в науке. Так что невозможность полного и правильного метода биогеографии - полдела.

Гораздо неприятнее указанное первое обстоятельство. Мало того, что биогеография оказывается наукой, которая навсегда будет лишь подтверждающей единственую и уже сделанную схему Разумовского (сколь бы та ни была хороша). Если и другие неприятности. Каждый метод имеет цель - мы пользуемся некоторым инструментом и получаем тот результат, который им создается. Выбирая метод, мы уже выбираем образ результата. К сожалению, в книге Жиркова не говорится о том, что возможны инрые образы результата, нежели им принятый. Можно поверить: да, если мы хотим получить биогеографию Разумовского, то лучше всего использовать метод Разумовского. Это верно. И Жирков показывает, как можно пользоваться этим сложным методом на новом материале - не на растениях, как у Разумовского, а на животных, и тем более - на морских животных, обитающих на дне. Хорошо. Но всё это - только в том случае, если мы хотим получить именно эту биогеографию, уже имеющуюся. А мы ее хотим?

Биогеография Разумовского районирует Землю в соответствии с теми климаксными сообществами, которые были бы на данной территории, если бы всевозможные нарушения им не препятствовали. Если бы не было пожаров, горных лавин, изменений солености, деятельности человека. Между тем такие климаксные сообщества в реальности сравнительно редки - огромные территории изменены человеком, и стоят измененными уже сотни лет. Поля Китая, Новой Зеландии и лесопосадки Европы - это вовсе не природные нетронутые сообщества. Уже лет тридцать как известно, что на территории восточной Европы - нашей предуральской территории - в общем, нет первичных сообществ. Никаких "древних лесов" - это всё с точки зрения теории сукцессионных смен не первичные сообщества, а измененные человеком.

Значит, работая предложенным методом сегодня, и через сто лет, и через тысячу, мы всегда будем - но со все большим трудом (ведь следы прежних климаксов исчезают) получать все время одну и ту же схему Разумовского. А реальное распространение видов будет совершенно иным. Мы будем получать некую идеальную биогеографию, не учитывающую вселения, синантропные виды и т.п. Если мы этого хотим - очень хорошо. Но, предположим, кто-то хочет получить не такое районирование, а более связанное с реальным распространением видов на территории. Тогда он, видимо, должен пользоваться иными методами.

Наверное, можно сказать, что большим достоинством работы Жиркова является то, что в ней всё отчетливо сказано. Он логичен и внятен, и если принимает некий тезис - это и высказывает. Поэтому в его теории можно разобраться, ухватить слабые и сильные места, ее можно понять - что позволяют далеко не все книги. Ну а недостатком является то, что книга - моноидейна. На словах - это как бы учебник для студентов с обзором общих методов биогеографии. На деле - изложение единственного метода, который самым откровенным образом не позволяет получить иной результат, кроме того, к которому предназначен. Но не сказано, какие еще результаты можно захотеть получать иными методами - в той же самой науке.

Наверное, одним из самых тяжелых заблуждений в биогеографии является представление, что настоящая схема районирования - одна, и надо ее найти. Между тем существуют десятки методов. Островная биогеография дает одно, кладистическая заточена под иное, ландшафтная и историчская дают разные результаты, география расположения ценотических систем или география расположения центров разнообразия по Круаза - еще иные. И, пожалуй, уже давно можно бы писать учебники в совершенно ином стиле. не излагая единственно верный метод, а сообщая, какой метод для чего приспособлен. Для работы с вновь заселяемыми опустынеными территориями, как острова после вулканических взрывов, отлично подходит теория Уиттекера (ну, с оговорками... он сам не так давно признал, что не всё гладко), и с этим хорошо работает островная биогеография. Для работы со сложившимися ценотическими системами вроде областей древних малонарушенных лесов - отлично справляется система Разумовского. Хочешь получить нечто иное - придумая иной метод. А единственной схемы биогеографического деления, которая, как истина, одна - просто не существует (то есть их можно построить, но они будут в разной степени пригодны к разным территориям). В зависимости от того, что мы хотим получить, районирвоание будет иным, и надо научиться четко связывать метод и цель.

Ну, учитывая все эти недовольства, книга - на мой взгляд - очень хорошая. Логичная, честная. С автором легко не соглашаться, ловить на противоречиях и спорить. Книга, если угодно, провоцирует на несогласие - причем на структурное, внятное несогласие. Если хочется разгневаться, не согласиться и выстроить собственную подробно структурированную теорию биогеографии - это очень хорошая книга.

Едва не самая большая неприятность в биологии, не позволяющая ей выйти на достойный теоретический уровень - несерьезное отношение к теориям, недоведение их до приложений и проверки. Очень дорого ценят факты, не понимая зависимости их от теорий, и дешево ценят теоретические системы, оставляя их в недоработанном состоянии, не доведенные до реальности, не проверенные и не опровергнутые. Дело в том, что то разнообразие фактического материала, который накопила биология, способна на корню опровергнуть любую теорию на начальной стадии. Так что главное дело - вовсе не в том, чтобы привести пару сотен опровергающих примеров, это можно сделать хоть против Дарвина, хоть против Менделя - невелика заслуга. Надо изложить теорию честно, четко, логично и внятно, построить ее достаточно детально, чтобы можно было посмотреть, какими именно будут следствия, какие теоретические конструкты появятся на среднем и нижнем этаже теории. Такая теория, даже будучи отвергнутой, послужит делу - будет четко известно, что именно было предложено и почему именно теория отвергнута. Вместо кашеобразного кишения невнятных недоформулированных взглядов, с которыми невозможно операционально работать, наконец появятся взгляды, в самом деле непригодные, пригодные очень ограниченно (вот - область применения данной теории, где она работает) и более пригодные. Таких развернутых концепций, доведенных до операциональной стадии, в биологии - дефицит. Трудами Жиркова большой комплекс идей С.М. Разумовского и В.В. Жерихина доведен до приложения - в нескольких разных науках. Теперь можно смотреть - где именно допущены ошибки, где возникают противоречия, отчего что где работает и где не работает. Смысл книги - на мой взгляд - именно в этом.

http://obuk.ru/science/52387-zhizn-na-dne.-bio-jekologija-i-bio.html
http://www.ozon.ru/context/detail/id/4916139/
Tags: biology4, books6
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments