Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Category:

Конечно тупик

Состоялся разговор
http://www.livejournal.com/users/ivanov_petrov/155884.html?thread=3456236#t3456236

И был я безжалостно спрошен Деннеттом:
Обсуждаются проблемы:
«1. Антропный принцип.
2. Intelligent design
3. Irreducible complexity
Два последних я привожу по английски, поскольку это уже устоявшиеся термины, но их перевода на русский я не знаю.

Второй из них как раз связан с распространившейся в течение последних двадцати лет в США теории, связанной - якобы - с наличие в природе свидетельств неоволюционного развития, разумного конструирования. В основе этой теории - и этого движения лежат работы Уильяма Дембски (William A. Dembski), в частности книга The Design Inference: Eliminating Chance through Small Probabilities. Cambridge: Cambridge University Press, 1998 - утверждющего, что такие свидетельства есть - и они связаны со сложными органами, некоторыми клеточными механизмами и так далее. Особую роль тут играет понятие irreducible complexity, введенное биохимиком Michael Behe в книге Darwin's Black Box - существенная сложность (любопытно совпадение с нашими спорами о целостности) - наличие сложных систем, состоящих из хорошо подогнанных частей, участвующих в осуществлении основной функции всей системы, удаление каждой из которых приводит к остановке этой функции. Приводимые примеру - мышеловка, бактериальные flagellum, сворачивание крови, имунная система, и так далее...

Здесь в США этим серьезно занимаются консервативно-христианские круги и идет интенсивная борьба за школьные программы.

Так вот, я хотел спросить, известно ли в России об этих идеях, и что вы об этом думаете - включая антропный принцип. Ответ, видимо, лучше вынести в отдельный пост, поскольку мне кажется, что он может заинтересовать широкую публику.»


Так случилось, что я кое-что читал про антропный принцип, и значительно меньше интересовался работами по разумное конструирование и нередуцируемую сложность.

Сколько помню, антропный принцип вводится так: имеется ряд физических постоянных, которые не следуют ни из какой теории, они «есть». Численное значение этих постоянных сильнейшим образом влияет на строение нашего мира. Малейшее отклонение от наличных значений привело бы, например, к тому, что звезды не могли возникнуть. Представить себе «случайное» совпадение десятка параметров именно в этих значениях – при том, что («по теории») они могут быть любыми, очень трудно.

Отсюда несколько формулировок. Самая сильная – Бог всё так устроил, ясное дело. Слабая: Вселенная возникала множество раз, но только в этой возникли звезды, жизнь и мы и имеем счастье трепаться об антропном принципе.

Разумное конструирование и нередуцируемая сложность – на самом деле не новации, а очень старые проблемы, им лет 150 минимум. Это старый вопрос эволюционной биологии о возникновении сложных целостных органов/систем. Как только Дарвин выступил со своим тихогенезом, появилась проблема объяснения таких систем - серией постепенных маленьких изменений.

Ответов было много. Они забывались, повторялись, интерферировали – можно сделать интересный том истории проблемы, там будет масса знаменитых и забытых имен. Примерно скажу – примерно раз в десять лет на протяжении этих 150-ти предлагались новые решения, облеченные в современные одежды. Это например Осборн, Коп, Гольдшмидт, Фриз… У меня память плохая. В основном это морфологи, генетики, палеонтологи. То, что пишет Бихи и другие – всего лишь опять же забытое старое.

Готового ответа, сколько я знаю, нет – то есть имеется множество людей, убежденных, что они знают ответ, но убедить других и справиться общеочевидным образом с контраргументами они не могут.

Горе еще в том, что эти проблемы цепляют массу других. Например, один из основных принципов исторических реконструкций – актуализм: мы не имеем права вводить для объяснения прошлых событий факторы, которые не действуют сейчас. Принцип очень жесткий и с виду глупый. Применять его следует как идеал, а не как ограничитель. То есть не следует отвергать с порога теории, его нарушающие (многие доказали свою состоятельность), но следует пытаться его не нарушать. Актуализм здесь притом, что весьма легко найти (придумать) специфические причины возникновения каких-то сложных бяк, не поддающихся раскладу на элементы, но множество таких объяснений дает совершенно фантастическую нескладуху. Грубо говоря, можно думать о ударе астероида для объяснения вымирания динозавров, но дальше приходится сочинять этих астероидов целые армады, добавляя к ним взрывы сверхновых, нашествия марсиан и прочие ужасы в неимоверных количествах, причем разные объяснения имеют свойство не состыковываться – в одном мире всех их быть не может.

К той группе теорий, которую цепляют эти самые разумные конструирования, относится вопрос о направленности эволюции, её скачкообразности, природе новизны и т.д.

Я это всё к чему. Это действительно очень масштабные теории, ими сотню лет занимались сотни гениев и талантов – и странно ждать, что я сей минут разрешу эти вопросы. Поэтому я могу сказать только мнение, причем предварительное – мне вообще-то в голову не приходило всерьез работать по этим темам.

Я бы подошел к этому так. Допустим, каким-то образом доказаны все эти теории – стало очевидно (математически), что верен антропный принцип в сильной формулировке, что имело место разумное конструирование и существует нередуцируемая сложность. А что дальше? Это тот тип ответа, который хорош и не пригоден. Такие бывают – всем хорошие объяснения, убедительные и доказательные, которые принимать не следует.

Даже если это будет доказано, следует пытаться понять, как устроена вселенная – в том числе, пытаться построить теорию, из которой следовало бы нечто о взаимосвязи постоянных (я наиболее далек от физики и говорю это исключительно от балды). Признание разумного конструирования не остановит попыток понять, так как оно всё же было сделано. А тогда зачем эти решения?

Мне кажется, что смысл этих теорий только в том, что они заставляют не склонное к этому научное сообщество думать. Вообще-то думать никто не склонен, это вредно и умножает скорбь. Но если появляется надутый болван, который несёт страшную чушь и при этом пользуется популярностью, возникает сильный соблазн подумать, как бы того болвана осадить – найдя причину, которую он подменил своими вымыслами.

Проблема нередуцируемой сложности восходит по крайней мере к Дришу (конечно, на самом деле она много старше). Он обнаружил, что при разрезании личинки морского ежа возникают две соразмерно устроенные личинки – те части, которые в норме дали бы нечто одно, тут регулируют свое развитие и дают иные части. Он развил теорию витализма, жизненной силы, каковая и делает это чудо. Витализм очень красив и соблазнил многих, но из этих экспериментов родились представления о регулируемости и эквифинальности эмбрионального развития. Отыскали некоторые механизмы, которые это делают, и сейчас ищут остальные. О классическом примере из теории нередуцируемой сложности – строении иммунной системы – умолчу, потому что теория иммунитета потрясающе быстро развивается и я со своим сторонним взглядом отстал так, что сам бы рад услышать, что сейчас там делается.

Проблема появления сложных органов имеет несколько (признаю, не полных) решений. Хороший шаг сделал не так давно Иорданский, создав теорию ключевого ароморфоза. Там нужны подробные примеры из всяких лягушек с ящерицами, а попросту говоря, сказано следующее. Имеются такие части этих (будущих) сложных органов/систем, которые «требуют» прочих частей. Это как ключ – достаточно «откуда-то» получить такой зачаток органа, и он будет направлять развитие в сторону создания полного органа. На конкретных примерах можно разобрать, откуда берется «ключ» и какие механизмы обеспечивают «добор недостающих деталей». Я, конечно, коряво объяснил, но «в стихах это было выражено прекрасно». В общем, мощные бёдра…

Отсюда, кстати, вырастают ноги у еще нескольких проблем эволюционной биологии. Современные исследования показывают, как крупные группы (типы, классы) начинают приобретать общие сходные черты (независимо) и получается нечто, что еще недавно рассматривали как единый таксон. Несколько таксонов прошло «брахиоподизацию», несколько – артроподизацию. Происходила «ангиоспермизация» голосемянных (чуток об этом сказано здесь: http://www.livejournal.com/users/ivanov_petrov/132515.html). Одно из объяснений этой –ации – через теорию ключевого ароморфоза, стволы приобретают «ключ», потом разделяются, а потом в каждом стволе независимо происходят одинаковые изменения.

Это всё к тому, что полных ответов нет, но из этих вопросов и получаются такие интересные ответы. Если бы не было тех странных людей, которые надрываются, доказывая, что нельзя объяснить эти вещи без сверхъестественного фактора, разумного вмешательства и прочих прилетельцев – вряд ли эти концепции, эти объяснения появились. По крайней мере, они появлялись бы медленнее. В целом концепция разумного конструирования и т.д. – это варианты теорий невидимой руки (http://www.livejournal.com/users/ivanov_petrov/131788.html). Ничего особенно плохого в таких теориях нет, просто я бы к ним относился как к вопросам, а не как к ответам. Невидимую руку хочется схватить за руку.


Всю эту радость я разбавлю еще несколькими личными замечаниями. Я не зря говорил об истории ответов, о столетиях ответов на эти вопросы. Почему-то я себе живо представляю не только современность… И представляю, как все эти вопросы будут обсуждать через 150 лет после нас. Какими глупыми покажутся эти самонадеянные теории… «Эти люди еще не знали о …, но – с совершенно недостаточными средствами – говорили о взаимоотношениях космологических постоянных. Им они виделись случайными. Теперь-то мы знаем, что этот вопрос вообще не мог быть поставлен в то время…». Так будут говорить. Так говорят сейчас. Так говорили сто лет назад. Есть масса забытых очень остроумных теорий – с забытыми очень изящными фактами. Эти теории были призваны объяснить то, что мы сейчас считаем окончательно объясненным. Ну как же, это делали – представьте – еще «до генетики», до того и до сего. Мы будем в том же положении. Поэтому из минимального чувства собственного достоинства не надо дёргаться и суетиться с объяснениями типа разумного конструирования. Поделюсь личным мнением: то, чего достигла наша великая наука – это в основном глупость и смешные пустяки. Ничего всерьез мы еще не знаем, можно смело считать, что будущие историки науки будут всё время путать наш объем знаний с птолемеевым – почти никакой разницы.

Это первое стороннее замечание. Второе: мне не кажется всеприменимой аналитическая методология – и то, что я говорил, не имеет отношения к проблеме анализа/синтеза. Дело не в том, что вся сложность обязательно редуцируема – дело в том, чтобы понять, как именно она не редуцируется. Если это можно сделать только нередуцируемым образом – нет проблем, я готов понять и нередуцированно. Так даже лучше. Поэтому решать проблему, объявляя ее несуществующей – нет нередуцируемой сложности, - неверно. Она есть, и в этом и состоит проблема. Только у нерешаемых проблем бывают интересные решения.
Tags: biology, science2
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments