May 22nd, 2010

geo

(no subject)

По случаю пришлось мне читать статьи разных физиков конца 19 века, а больше, конечно, даже и не их, а о них. В силу незнакомства с предметом могу сильно ошибаться и не претендую на большее, нежели личное впечатление. Так вот, мне показалось, что в термодинамике тогда была характерная ситуация. Мейнстрим был представлен взглядами Маха и Оствальда. При всем их различии были они подчеркнуто, резко "научны", то есть острозубо отсекали всякие ненаучные высказывания, говорили, что очень хорошо знают, что такое наука, в отличие от прочих неумытых. А научным, по Маху, было то, что соответствовало бритве Оккама. Вот уж кто был её фанат и поклонник, так это Мах. Он всё говорил об эмпиризме и принципе экономии мышления. Мол, мы должны брать в качестве фактов только наблюдаемые феномены, ничего больше, а далее действовать, всячески экономя мышление, допуская только максимально экономные гипотезы. Чистый принцип парсимонии.

И вот на этих основаниях Мах и весь мейнстрим отвергали атомно-молекулярную теорию строения вещества. Потому что - атомов никто не видел, факта такого нет, а прочее - неэкономные мыслительные построения.

Кроме этакого мейнстрима был ересиарх, Людвиг Больцман. Был он эмпирик и механицист. По сравнению с Махом уделял много меньше внимания всяким играм разума про экономные гипотезы, очень верил в механические объяснения и полагал, что обходиться нужно старой доброй механикой - она не подведет. Он и придумал, как оботись без этой "теплоты" как особого качества и создал механическую статистическую теорию. Доказывал верность атомно-молекулярной гипотезы.

Понятно, что там всякие игры - статистическая природа второго начала и посейчас не дает себя понять лучшим умам ЖЖ (я видел треды на сотни комментов). Ну и в его время грызли Больцмана очень сильно. Пишут, что оттого он с собой покончил, но я до детальных работ по его биографии не добрался, всяко бывает. К примеру, везде пишут, что Каммерер, у которого были эксперименты, подтверждающие наследуемость упражняемых признаков, убил себя, когда выяснилось, что опыты его подложны. И стало его научное сообщество подтравливать. Потом выяснилось, что виноват не он, а его лаборант, который верил шефу больше, чем Богу, и решил помочь, подделав данные - и Каммерер очень радовался, а потом покончил с собой. Но вот когда я читал какие-то там более малоизвестные работы по его делам - стало выяняться, что конечно да, опыты, научная травля, но ко всему тому у него роман неудачный был, и сильно он себя покончил вроде как из-за дамы. В общем, не спросишь, и про Больцмана я точно не знаю, в самом ли деле его именно научные противники довели.

Но дело-то не в том, из-за чего покончил, а в характерной ситуации. Collapse )
geo

Глаз как фотоаппарат

"Существует два основных способа изображения освещения в картине. Наиболее простой и старый способ отражает опыт перцептивного разделения в самом процессе создания картины. Предмет наделяется однородным локальным цветом и яркостью, на которые свет и тень накладываются раздельно. В чистом виде подобные примеры мы находим в средневековой живописи и в живописи раннего Ренессанса, однако этот метод дожил и до наших дней. Другой метод дает возможность сообщить глазу уже объединенный стимул, который он получает . из физического пространства. Если каждое место картины характеризуется соответствующим соотношением яркости и цвета, то зритель осуществит подразделение и воспримет освещение картины так же, как он делает это в физическом пространстве. Этим вторым способом в наиболее четкой форме пользовались импрессионисты в XIX веке.

Нелегко заставить глаз художника функционировать наподобие фотопластинки. Только интенсивной тренировкой он может достичь «редуктивного видения», с помощью которого значение каждой точки предмета определяется изолированно, словно она воспринимается через небольшое отверстие в экране. Действительно, в наиболее характерных картинах художников-импрессионистов эффект освещения, полученный таким образом, является слабым. Диапазон яркости в подобных картинах узок. Эти картины написаны в цветовой гамме более светлых тонов и лишены более темных тонов, так что контраст между светом и тенью невелик. Более того, существует небольшая последовательность цвета в пределах одного предмета. Каждый предмет проявляет множество различных оттенков, которые не сохраняются для специфической части картины, а обнаруживаются по всей картине. Таким образом, нет резко выраженного локального цвета и нет специфических цветов, связанных со светом и тенью. По мере того как предмет поворачивается в сторону источника освещения или от него, он приобретает различные группы оттенков. Существует большое световое разнообразие в каждом пятне на картине и очень небольшое разнообразие в картине в целом. Подобная модель не способствует перцептивному подразделению, которое необходимо для эффекта освещения."
Рудольф Арнхейм. ИСКУССТВО и визуальное восприятие