January 17th, 2011

geo

Извините

<<<Уже несколько лет (может быть, десять, даже пятнадцать лет) мне кажется, что люди стали заметно менее вежливыми. В самом простом смысле: гораздо реже говорят «спасибо», «пожалуйста», «извините», «позвольте». Знакомые профессора рассказывают: студенты заходят на кафедру без «можно?», уходят без «до свидания». Говорят: «Нам нужны такие-то материалы. Вот это? Ага». Безо всяких волшебных слов.
...Я не раз читал, что в местах лишения свободы не принято говорить «спасибо» и «пожалуйста». Не знаю, чем вызвана такая особенность тюремного речевого этикета. Наверное, тут есть свои причины.
Но я не о том. Я о том, что слишком многие наши сограждане прошли тюрьму и лагерь (пишут, до 25 миллионов, то есть примерно одна шестая).
Возможно, некоторые тюремные привычки сказываются на вольных.>>>
http://clear-text.livejournal.com/229083.html
--------------------
Не знаю, связано ли это с распространением блатных манер. Мне кажется, это незавершенное наблюдение. Не в том дело, что пропала вежливость. Нет. Она сменилась другой вежливостью. К примеру, принято пожимать руки - а не совершать поклон или кивать, здороваясь. Практически в любом социуме есть принятые формы общения, есть свой этикет и своя вежливость. Но она разная в разных социумах. Наш социум очень резко изменился. Ранее поверхностной пленкой было помазано - некоторая плохо усвоенная смесь из манер дореволюционной интеллигенции. Иные даже двери перед дамами пытались открывать, а некоторые неуклюже целовали дамам руку. И просили прощения, и говорили "спасибо", и не забывали "пожалуйста". А сейчас - ну, что напоминать, где теперь та интеллигенция. И, насколько я могу понять, на поверхность всплыла манера поведения рабочего класса. Если угодно - попроще. Там свои правила. Здороваться хоть с десятью - за руку с каждым, а вот спасибкать и "пжалста-пжалста" - не надо, это не принято, извиняться не принято - фальшивое это дело, но коли виноват - с нарочитой неуклюжестью надо говорить, чтобы было искренне. Как всегда, более простоватая манера общения аргументирует против более изысканной - свой искренностью. Так что - не уверен, что именно тюрьма, зона тоже повлияла, но это лишь один из ингредиентов. Да к тому ж и сама зона - от той же народной плоти, она что же, червоточина, не народ что ли? Там сидит самый народ, конечно, только не весь, а частично. А по сю сторону забора тюрьмы и казармы ходит другая часть того же народа. И у народа этого своя складывается система вежливого обращения. Та, старая система - черт его знает, откуда и примешалась - еще от дореволюционных контактов до семнадцатого года, еще от тех книг и тех поездок, даже какое-то наследие от высшего света, который давно уже на свете том, все это было искажено и законсервировано в советском интеллигентском коде. А здесь прёт простая и искренняя манера - чего менжеваться? Надо время - спросил, спросил - иди отсюда. Надо вещь - спроси, где, хватай и уходи, не болтай попусту.
geo

(no subject)


люди обычно думают, что христианство молится "о благорастворении воздУхов", чтобы жизнь была хороша, и не было в ней зла. а получается как всегда: обязательно взрывается изнутри. особенно это заметно по жизни отдельного человека.

православная христианство -- это, конечно, традиция и стабильность. по возможности, даже в народной жизни, но уж в личной-то жизни -- точно. но это такая традиция и стабильность, которые даются только через войну и революцию. революция -- самая главная часть этой войны, потому что она направлена не на внешних врагов, а как раз на собственную традицию.

без традиции (по-церковному, Предания) нельзя, т.к. иначе потеряешь связь со всеми, кто уже пришел туда, куда ты только пытаешься попасть. но та ветка Предания, на которой ты сидишь в любой данный момент, имеет свойство стремиться отсохнуть и отвалиться от ствола вместе с тобой. это потому, что нам хочется стабильности и привычности, но как раз такое употребление традиции моментально ее высушивает. ветка традиции очень удобна, чтобы на ней сидеть, но от этого она и отваливается. в традиции надо жить, а не сидеть.

когда я впервые столкнулся с церковной средой, меня больше всего интересовал вопрос: а как здесь обходятся с многочисленными местами Евангелия, которые требуют жизни, несовместимой с жизнью. где-то за полгода я понял, что никак: игнорируют, причем, принципиально и на уровне неписанной догмы, которая авторитетнее книг. тогда я вздохнул с облегчением. а спустя какое-то время примеры святых отцов все-таки заставили признать, что облегчение было ложным, а все-таки дело в том, что христиане в массе своей не то что не живут по-евангельски, а просто считают это очень опасным и вредным; причем, это и на самом деле очень опасно. но тут уж надо делать выбор... получается, что христианство стабильности и душевного покоя, т.е. того самого, ради чего у нас и ценится православие, -- совершенно несовместимо с евангельским Христом.
Collapse )