May 18th, 2011

geo

Философская страсть


На Яве, где я работал в пятидесятые годы, мне довелось изучать маленькое, убогое поселение, расположенное в глубине острова и являвшееся центром округа. Вдоль двух напрочь лишенных тени улочек располагались выбеленные мелом деревянные лавчонки и конторы, за которыми виднелись разбросанные в беспорядке и еще более хрупкие с виду бамбуковые хижины, и все это полукругом обступали плотно населенные "рисовой" беднотой деревни. Земли не хватало, рабочих мест тоже, политическая ситуация была нестабильной, цены росли, состояние здоровья населения продолжало ухудшаться, так что жизнь в целом выглядела далеко не обнадеживающим образом - своеобразный нервический застой, при котором, как я однажды выразился, характеризуя всю эту необычную смесь позаимствованных фрагментов современности и исчерпавших себя остатков традиции, будущее выглядит почти столь же отдаленным, как и прошлое. И все же посреди этой гнетущей сцены находился источник поразительной интеллектуальной энергии - философская страсть разрешать загадки человеческого существования, носившая притом массовый характер. Бедные крестьяне обсуждали вопросы свободы воли; неграмотные торговцы ораторствовали о свойствах Бога; чернорабочие располагали теориями о соотношении страсти и рассудка, о природе времени, или о том, насколько надежны показания наших органов чувств. И, возможно самое главное, проблема Я - его природы, функций и способа действия - анализировалась с таким рефлексивным напряжением, которое в нашей культуре можно обнаружить лишь в отъявленно изысканных кругах.

Центральные идеи, в терминах которых осуществлялась эта рефлексия и которые, таким образом, определяли суть и границы яванского представления о том, что такое личность, были организованы в два множества, задаваемых религиозными в своей основе контрастами: контрастом "внутреннего" и "внешнего", а также контрастом "утонченного" и "вульгарного". Это толкование, конечно, носит грубый и приблизительный характер; именно вокруг уточнения того, что следует понимать под этими терминами, и уяснения присущих им смысловых нюансов строилась вся дискуссия. Однако взятые в совокупности, они формировали ту особую концепцию "Я", посредством которой яванцы фактически воспринимали друг друга и, разумеется, самих себя.


К. Гиртц
С точки зрения туземца: о природе понимания в культурной антропологии
Collapse )
geo

А медикаментов груды - мы...

В разговоре про преподавание атеизма говорили много и горячо. Был повторен многажды аргумент - учитель действует всей личностью. скрывать убеждения неудобно и не получится. - Ответ: договоримся, что речь не о скрывании. Есть люди, которые на прямой вопрос ответят - верую в Христа, или: нет, я атеист. Но обычно на такой вопрос напрашиваются, и очень многие именно пропагандируют свои взгляды. Не надо притворяться - вокруг в ЖЖ толпы, которые просто вопят. что они атеисты, их спросить не успели, как они уже гордятся, а другие толпы тоже чуть что - про божественное. Учителя - те же люди, и вот так же себя ведут. Так что из иных внутренние их убеждения выпирают до неприличия. и они очень стараются сказать, как же на самом деле - а уж детям помочь, чтобы их не охмурили ксендзы - сам Бог велел. Что там школы - ученые на профессиональных докладах находят возможным пропагандировать что атеизм. что христианство. Ну, бывает. Выглядит, на мой взгляд, неловко, но они горят и борются.

Хорошо, я с аргументами.

1. Школа дает знания, основы доказательных знаний. Потому школа должна давать именно научные знания - в соответствующем объеме. Наука доказала, что для разворачивания этих знаний никакие религиозные воззрения не нужны - ни в какой точке научное познание не нуждается в аргументах от какой-то религиозной конфессии. Потому - именно потому - религиозные воззрения давать в школе нехорошо. Что же до атеизма, то как раз атеизм подтверждается - насколько это можно видеть при разворачивании доказательного знания. Потому атеистические взгляды высказывать можно. Они не должны занимать сколько-нибудь значительное учебное время - нет предмета - но упомянуть об этом вполне можно. Еще раз: потому что речь о том, что мы знаем, об изложении позитивных результатов науки. Так же, как говорят. что нет эфира - так же можно говорить об атеизме. Отсутствие эфира - не самое важное, мало ли чего нет, но сказать - можно и даже нужно.

2. Школа готовит членов общества, это важнейший институт социализации. Общий для всех членов общества. потому там невозможна пропаганда партийных взглядов - попросту потому, что отдавать ли деньги или власть в обществе какой-то части - человек должен решать без давления образовательных учреждений, ради сохранения общественного мира. Религиозная пропаганда запрещается в школе не потому, что речь о религиях. а как вид партийной пропаганды. Если имеются еще какие-то часные организации, собирающие деньги и влияние в обществе в своих целях, то ратовать за них в школе столь же неуместно. - Атеизм же не имеет организационных форм и партий. Потому высказывать атеистические воззрения учителю не возбраняется. Это безопасно. Вот если в обществе появятся атеистические организации, собирающие членские взносы, или партии, которые лозунгом выбрали атеизм - тогда атеистические взгляды тут же станут непригодными для возглашения в школе.

3. Школа воспитывает людей. Поскольку предполагается, что школа общая для всех членов общества, она не должна предрешать решение серьезных мировоззренческих вопросов. Тех, которые человек решает сам, без давления. развиваясь как личность. школа дает лишь орудия для такого выбора. Учит думать, дает основы знаний, способы решения проблем. Она вооружает человека умениями, не предрешая. для чего он эти умения использует. По этой причине в школе можно преподавать дисциплины по поведению сепб я в обществе. скажем, умение делать презентации. Но нельзя преподавать религиозные взгляды. И по этой же причине нельзя - атеистические. Поскольку следует признать, что быть атеистом - это вполне себе мировоззрение, это склад личности и тип мышления, то атеистическая пропаганда должна быть исключена из школы.

----
Разные подходы - разное отношение к этому делу. Нет?
geo

Маркеры

Глобальные процессы столь глобальны, что трудно отыскать хорошие показатели их протекания. Есть даже и официальная статистика, так она врёт дважды - как официальная и как статистика. И - с другой стороны - можно придумать на коленке какие-то пустяки, несомненно, затруднительные для описания связей с глубинными глобальными процессами, но убедительные своей повседневной заметностью.
Их бы коллекционировать, собрать батарею таких маркеров и продумать, вдруг они даже могут быть использованы почти всерьез.

Для примера и затравки.

Вокруг 2000 года с московских корпоративов перестали выносить еду домой. До того это было довольно обычной, частой практикой - в конце те или иные малодоедающие собирали в пластиковые пакеты со столов несметенное и несли семье. Если расспрашивать - многие вспоминают - да, было, можно было заметить, не то чтобы демонстративно - светиться не старались, нищенствовать не очень удобно - но многие замечали. А в разные 2000, 2001, 2002 и пр. - это исчезло, перестали такое замечать. Примерно в десять раз реже на переломе в каждом предприятии. То есть разные корпорации прошли эту точку в разные годы - кто в 1999, кто в 2001, но частота случаев в 10 раз меньше.

Примерно в 2011 году с пола исчезли деньги в Москве, мелочь стали подбирать. Выясняется простейшим способом - закладка маршрутов определенной длины, с точками-магазинами, ежедневный обход, запись увиденной мелочи. В 2007, 2008, 2009, 2010 - мелочь лежала на тротуарах, в магазинах, продавщицы спокойно прощали мелочь покупателям, покупатели не брали мелочь при расчете, упавшие монетки не подбирали. С конца 2010 и в 2011 мелочь с пола исчезла, ее тщательно сдают, ее берут, ее выроненную подбирают. Примерно в 10 раз реже, до того перелома найденных монеток и после. Учитывается не номинал, а число монеток. Это важно - учитывая номинал, надо играть с инфляцией и ценой, учитывая число - просто предметы, металлические деньги.

Примерно вокруг 2003 года инвертировались ценности сетевых масок. В рунете. До того ценной была маска, отличающаяся от личности владельца - иной возраст, пол, имя, что-то оригинальное. Ценной (до нек. степени) была частота смены масок - ценным был Неуловимый Джо, очень-очень свободный. Потом, после перелома, ценности инвертировались - ценится стабильность маски, устойчивость имени, не столь важно, насколько пол и возраст соответствуют паспортному, но - насколько они неизменны и поддерживаются. То есть сетевая личность вросла в настоящую и стала устойчивым лицом. Важны все показатели устойчивости - непротиворечивость, самотождественность, длительность существования и пр.