June 26th, 2011

geo

(no subject)


Писателей все больше. Читателей все меньше. Но это не про интернет. Там и писателей, и читателей все больше и больше.
Но я почему-то не могу никак приноровиться к этому стилю. И вот думаю – почему? Когда-то мне казалось – жанр-то древний. «Записные книжки» Вяземского. «Крохотки» Солженицына. «Камушки на ладони» Солоухина. И т.д. Это ж все практически блоги.
Но не дается никак. Описываю эпизод, деталь, впечатление – не хватает. Не могу просто и ясно. Что-то главное все время остается невыраженным. Неясным. Его надо долго обдумывать, связывать, выстраивать, развивать вместе с чем-то другим. Сложная работа. Нет выстрела. Ах, и все.
И я задумался – вот те, у кого получается, раз и все, выстрел, они в каком жанре пишут?
И додумался. Это жанр мыслительный. Логический. Парадоксы, максимы, ларошфуко, как там бишь его. Век просвещения. Когда шла борьба за мысль. Простую, свежую и ясную. Литература прет назад. Идет назад. Летит назад. Не нужно ни развития, ни детализации, ни глубокой идеи. Главное – выстрелить по цели. Цель сегодня – старое. Все старое. Все надоевшее. Все застывшее. Им кажется, а возможно так и есть, они формулируют новую жизнь с ее новыми правилами и идеями. Такими простыми. Очень простыми. Очищенными от всего. Восемнадцатый век. Предвестье революции.
Стоп. Вот уже начал развивать. А не надо. Сказал и достаточно.
http://boris-minaev.livejournal.com/74380.html
Collapse )
geo

Загадошные строки

воробейчик маленький встал сегодня рано
не успело солнышко выйти из тумана
побежал он весело в луженке купаться
а напившись досыта начал трепыхаться

***
В начале 20 века в одной деревне Российской империи (д. Песчаная, Курская обл.) народ друг другу выговаривал такие стихи. Это - то, что я знаю. Больше ничего не знаю. Поможите, кто можете, скажите мне, кто автор народного стиха и как оно продолжалось далее. Интернет упёрся и не даёт ответа.

Collapse )
geo

Недверные косяки и дети капитана Врунгеля

Вместо эпиграфа:
Два наших самых главных города – Москва и Санкт-Петербург – занимаются тем же, чем занимаются другие города.

№№
- Эй, Пахомыч! Суши вёсла и обрасопь там, что надо обрасопить!
– Надоело обрасопливать, сэр, – проворчал старпом. – Обрасопливаешь, обрасопливаешь… а толку?

№№
Между тем петровлодкинская чёрточка болталась в воздухе на довольно-таки недосягаемой высоте.
– Эй ты, дефис! – орал матрос, лишенный чёрточки. – На место!
– Мне и тут хорошо, – нагло отвечал дефис, – а то зажали совсем. С одной стороны Лодкин давит, с другой – Петров. Полетаю лучше, как чайка.

№№
«В двадцать пять часов сто минут, сильно кренясь на правый борт, салютуя из револьверов, мимо фрегата „Лавр Георгиевич“ на полном ходу промчался корвет „Лаврентиивич“. Напуганный скрипом нашей ватерлинии, через полминуты он затонул».

-----------------------------------------------
Часто говорят: вот, литературная мода. Все хвалят, и тут же кинулись и кто хвалит, кто ругает, но всем есть дело. А как же объективность и возможна ли самостоятельная оценка. И некоторые смелые люди скрещают на груди мощные руки и говорят: невозможна объективность. Это очень зрелищно. Я скажу о двух авторах, которые были открытием - о том, как вполне неквалифицированный читатель вроде меня нашел двух очень хороших авторов, и как это связано с модой.

В каком-то 199... году я зашел в старый наш книжный магазинчик, все советские годы не радовавший ассортиментом. И в нем по-прежнему ничего не было, среди книжной рухляди на полке я углядел очередную мягкую обложку - незнакомая фамилия - я ничего никогда не слышал об этом авторе - лениво приоткрыл томик и побежал галазами по строчкам. Могу заверить - я вовсе не отключился на час, ничего подобного. Минут через пять я закрыл книгу, пошел на кассу, купил (денег у меня тогда, мягко говоря, совсем не было) - и уже знал, что великих русских писателей на одного больше, чем я до этого думал.

Это был Сигизмунд Кржижановский. Потом я покупал другие его книги и собрания, что-то нравилось, что-то было скучно, я понял его приемы, я нашел новые в нем оттенки - эти все наши разговоры и отношения с Сигизмундом были уже потом. Он просто сразу, с одной страницы (кажется, это был рассказ про мир снов) появился - и я знал, что он есть. Уже через пару лет я прочел о нем какую-то критическую заметку, а потом узнал, что люди, более меня грамотные, давно знают об этом замечательном открытии, об этом забытом авторе.

И совсем иная история. Я специально её добавлю - чтобы не в один шаблон. Мне когда-то уже в ЖЖ, сколько-то лет назад, порекомендовали неведомого мне писателя. Не помню, наверное, дали ссылку, или я сам нашел - не важно. Я почитал - гадость. Через некоторое время мне опять его упомянули - или я в чьем-то журнале натолкнулся на восторженный отзыв. Полез в сеть, нашел и почитал. Ну, в общем, это не для меня - оставило равнодушным. Наверное, это даже совсем неплохо, но мне не до того. И с тех пор я еще четыре раза залезал в эти рассказки - и каждый раз отбрасывал. Не идёт. Не то.

А потом дверки-то и открылись. Мне никто более его не рекомендовал, и я не читал никаких недавних хвалебных отзывов. В сохраненных на диске файлах наткнулся - а, да, помню, этот вот этот, который мне не нравится - начал читать - ба!.. И теперь я знаю, что даже если где-то мне не нравится - это ничего. Родному человеку можно потерпеть, пусть не всё подряд меня восхищает, но - это правильный писатель. Юрий Коваль. Не сочтите за рекламу - как я узнал из критических заметок, это известнейший детский писатель. Все давно восхищаются. Это ничего.
-----------------------------------------------
№№
Впрочем, совсем недолго мы так баловались и прохлаждались с иксами и запятыми. Ненавязчивый, но всё нарастающий гром и топот послышались вдали.
– Скорее в вельбот! – крикнул капитан. – К чёрту лишние запятые! Бросайте их! Бежим! Бежим! Это – Уникорн!
Немыслимый глухой рёв послышался за скалами, и мы увидели вдруг острую пику. Она вылезала из-за скалы и нарастала, нарастала, постепенно утолщаясь.
– Чёрт подери! – кричал капитан. – Я не думал, что он ещё жив! Капитан Ктесс видел его в пятом веке до нашей эры! Collapse )