November 11th, 2011

geo

(no subject)

Разбираю энтомологические сборы А.А. Любищева из северной Киргизии за 1941-1946 гг. Пласты впечатлений. Вспоминаю бесчисленные сборы, просмотренные в разные годы - скажем, как за неделю просматривал 120 тысяч экземпляров из Вьетнама, бесконечные эти ряды жуков в поисках нужного и с поспешным определением до семейств, и таких просмотров было много - косые какие-то немереные десятки и сотни тысяч из Поволжья и Крыма, Подмосковья и Приуралья, с Карпат и из Западной Сибири, ну и прочих мест. Каждый раз поражаюсь, сколько же человеколет труда истрачено. Одно дело когда своего - всё время происходят потраты, накопления материала, разработка тем, написание текстов - и это в никуда, потом... ну, разные причины - скажем, становится не интересно, потому что уже понятно, или напротив - не удается решить задачу, или - формат, в котором можно представить решение, не годится для печатных изданий, да мало ли. Но свои годы ушедшего в никуда и низачем труда легко списать на свою дурость, а когда видишь прессованные годы чужого труда высокой квалификации - вот тут мысли другие. Одновременно вспоминал по поводу встреченных зверей - всё время ведь копятся какие-то воспоминания. Вот Byturidae - как пытался разобраться с ними, вот занятные муравьи - вспоминаются истории с определениями муравьев и разные мои смешные ошибки, вот маленькая гистеридка - мимоходом повертел, любуясь на совершенный панцирь, вот занятный клоп - удивительный рисунок на крыльях, вот Oxytelinae характерные, вот рядами жужелицы, съеденные уже Malachiidae, занятные эксцитатории у этого рода - и это бесконечный ряд впечатлений, совсем иной пласт, запоминающиеся признаки, названия родов, обрывки впечатлений о том, как и куда что размещено в современной системе - вот занятная сцидменидка проскользнула, вспоминаю историю группы и особенности родовой диагностики, там безумно много родов, вот местные чернотелки грудами и мертвоеды, какие-то Danaceae, никто в мире не знает, что это за виды, там еще годы труда, а Майер умер, рак, рано его съел, а ведь великолепный был специалист... Никто не будет смотреть этих красивых мух, с серебряными узорами на свинцово-сером фоне, этих пчел и наездников. Этот материал частично в спирту, а в основном на ватных матрасиках. Они сделаны из ненужной бумаги, оказавшейся у сборщика под рукой. Газеты 1941, 1942... Военные годы. Концерты народной музыки Таджикистана, демонстрации, горячие дни уборки урожая, колхоз Кагановичи перевыполнил план, особенности народной культуры народов СССР. Как теперь узнать, где находился в Киргизии в 1945 году колхоз Кагановичи. Их ведь, небось, было немало. Тут и центральные газеты, и местные с перепечатками из центральных, и совсем какие-то местные листочки с плохой печатью, удивляюсь слогу - даже и не скажешь, что идет война, просто местные новости, я такие же в 70-х читал. И тут же думаю о законе сохранения в археологии - известное дело, сохраняется то, что выброшено. Александрийскую библиотеку сжигают. а мусор в баррикадах и оборонительных валах, в котором находят обрывки Евангелий за 80-е годы - этот мусор остается. Выброшенное прессуется и может сохраниться - предназначенное к заботливому хранению специально и целиком уничтожается. Может быть. если перетрусить кипы ватных матрасиков, очень даже интересные газетки могут отыскаться, что и в спецхране трудно найти. Но главное, конечно, это сопровождающая все архивы пыль, бесконечная пыль.