Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Category:

"Золото бунта" А. Иванова

Был соблазнен хвалебными отзывами (классик 21-го века…). Благодаря любезности leonid_b смог прочитать. Увы, роман не понравился.

Роман не рядовой, и потому все разговоры о сопутствующих обстоятельствах (молодой автор…, первые опыты…, восходящая звезда…, потенциал…) полагаю совершенно неуместными.

Плоть книги – реалии: 18 век, Урал, Чусовая, пугачевщина, кержаки, никониане… Остафий Переход, молодой сплавщик, пробирается между людьми и порогами, пытаясь разрешить загадку смерти отца. На читателя с первых страниц напирает масса незнакомых слов – старые диалектные названия, относящиеся к ремеслу сплавщика. Тут же портрет Чусовой – главного героя на этом уровне. По плоти книга напоминает стиль а ля рюс, многие романы конца 1950-60-х гг. Но – только по плоти. Но напоминает.

Душа книги – сизая, как нутряная кровь. Главный герой – на переходе, из отрока в мужчину. Первые женщины, первые убийства, первые потери. Регистр понятен. Симптом: у персонажей чаще описываются тела, чем лица. С большим чувством сделана картина первой ночи героя с его любимой: она – гулящая, несчастная и любящая, и потому весь накал чувств не может быть выражен иначе, как в сцене любления её стволом заряженного ружья. На этом уровне главный герой – ярость.

У книги есть разум. Это – детективный сюжет, стягивающий бесформенные (в данном случае) плоть и душу. Сделан мастерски – с первых страниц герой начинает разгадывать тайну гибели отца, и заканчивается роман сразу по достижению разгадки. Сюжет столь плотный и дельный, что выдерживает даже громады отступлений – вставных рассказов, обильных описаний. Герой «разумного» сюжета – убийство.

Автор пытался вдохнуть в книгу дух. Судьба, путь жизни, прочитываемый в описании утесов на Чусовой; рассуждения о вере и душе, о пугачевском бунте. Сделать удалось не больше, чем добавить бесов: из всех этих попыток одухотворить в роман «вставились» только вогульские бесы-боги, пожирающие души, украденные у блудящих с вогульской проституткой мужиков. По объему большое место занимают и рассуждения о праведной судьбе отца главного героя, но – не вытягивают.

Язык книги служит её плоти, выше не поднимается. Уже "душевный" уровень языком не поддерживается, выше – и вовсе пусто.

Собственно, это всё. Догадываюсь, что роман может многим понравиться (и уже понравился). Мне, однако, мало этнографии, детективного сюжета, запаленной ярости и брошенных там и тут клубничин. Книга построена снизу, от плоти, а не сверху – от идеи, и потому расползается. Наделить книгу духом автору не удалось, а остальное не имеет самостоятельной ценности. Но – повторю еще раз – это оценка всерьез. Не выбор романчика для метро на фоне окружающей дряни, а – по настоящему. Автор это заслужил.
Tags: literature
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 32 comments