Иванов-Петров Александр (ivanov_petrov) wrote,
Иванов-Петров Александр
ivanov_petrov

Categories:

В.Ю. Михайлин, Русский мат

"Русский мат как мужской обсценный код: проблема происхождения и эволюция статуса" 2003
Конспект богатого идеями текста. Мат - гендерно ограничен (исходно), это мужской код. Стал женским лишь в ХХ веке. Схема: центральная территория племени, там _дом_ и одни магические практики, а на периферии - война и охота, там молодые (пока неполноправные) мужчины, с другими магическими практиками. У индоевропейцев эти ребята с периферии считали(сь) псами/волками. Ромул, Кухулин (пес Кулана) и т.п. Сезонность ухода на периферию (охоту-войну), сезоны у фениев, балц осетин - время военных походов. Молодые воины у спартанцев. Отсюда - кивок к дедовщине в армии. Пес - стадия развития мужчины перед полноправностью. Агрессивность, молодость, боевое бешенство, волчье речевое поведение. Мат - пес твою мать - дети псов - наследние той магической практики отождествления с псами.

Матерная лая - исходно - территориально привязанный код, матом не ругаются, а говорят. Свойства мата - диффузная семантика и предельная ситуативность. Линия в сторону - общество, мол, развивалось от жреческого к военному, когда жрецов сменили воины, табуированный код вошел в культуру (воины - стая). Возникли эпические песни; литература генетически связана с матом - воинская табуированная речь и была первой литературой. Продолжая - стая, воровской жаргон - явление того же порядка, что мат, сравнение с волками, отсюда волки позорные как название для другой стаи.

Потом линия - о копрологических обсценных практиках. Автор связывает эту систему ругательств со своей идеей происхождения мата. Крестьяне собак дома не держат - наследие традиционного общества. Крестьяне не испражняются дома. Идет от той самой первой выгородки: дом/охотничья территория=периферия. Дворянство по происхождению - воины. Соответственно, практики: держать собак дома и испражняться дома. Дворянская культура ночных горшков... Упоминание о загаживании придворными средневековых резиденций. И копрологические ругателства - по Михайлину - не о нечистоте, а о происхождении "иным способом", о родах через анальное отверстие. Тут у автора ответвление к гомосекуализму и практике опускания.

В социокультурной эволюции - военный вождь - это не традиционный вождь. автор связывает историю - начиная с переселения народов - именно с высвобождением воинов периферии и захват ими самостоятельных участков. которые уже не _дом_, а _логово_. Вкладка - спор Агамемнона с Ахиллом о Брисеиде - с точки зрения войска как части тела вождя, права вождя на всю добычу и ее дележ по его усмотрению, об удачливости вождя и т.п. Дата таких культурных явлений - переход от земледельчнеско-собирательной жизни к скотоводству. Увеличивается периферия, растет экспансивность. Волчьи практики конницы у индоевропейцев. Молодые воины - волчьи стаи. Сюда записыватся даже и походы Александра - с симплотами Македорнии как периферийной Греции и собачьей свадьбой в Сузах. Тут же автор делает и еще одну скидку - про монотеизм, который стал нужен именно военным ождям. Традиционное племя (_дома_) имело иные религии. а вот единоначалию стаи подходит монотеизм. Отсюда ответы автора о быстром проникновении христианства в Ирландию, распространение среди германцев митраизма и христианства. Отсюда - традиции европейского дворянства и армии. офицерский кодекс чести как собачий - повышенная агрессивность молодых воинов. Сюда же записываются вещи из городского образа жизни - с округи в город сходятся асоциальные преступники, стайная жизнь, происхождение воровских гильдий и т.п.

Буржуазная культура как первая "нравственная". Дворянство - хоть бы и духовенство - ругалось по-черному, буржуазия табуировала мат, вытеснила его из культуры. Впервые за долгое время в 19 веке обсценные речевые практики были снова, как в древности, вытеснены на периферию. Потом ХХ век и Россия с революцией. Мнение автора - пролетарии из крестьян. работавших на отхожих сезонных промыслах. ультура стайной жизни по сезонам и ругани наследуется пролетариатом. Отступление - про казачество, как чистую форму этой стаи волков, с характерными признаками - от запрета на женщин в курене до ругательных практик. Параллели с валашскими гайдуками, пиратскими республиками Адриатики, Мадагаскара и Карибского бассейна. Потом длинное рассуждение о советском мате. общая канва уже сказана - хлынул поток этих самых псов в города, побитая буржуазная прослойка его не смогла переварить и возникла культура всобщего мата. Разрушение общины - большевики вслед за Столыпиным. Разрушен _дом_, вся страна воспринимаетяс как та самая дикая периферия, ничейная, и воспроизводятся культурные практики периферии - с матом и т.п. Женский мат, по Михайлину, - после Отечественной войны. Мужиков забрали, освоение мужских профессий, - а профессиональный язык - мат. Скотина не слушает команд без мата, в армию взяли пастухов, и женщинам, которые стали выпасать скот, пришлось материться (напомню: это я пересказываю, вот так у автора продумано).

Тексты Вадима Михайлина в сети http://www.g-dom.ru/stream.php?pub=472&print=1&PHPSESSID=8d02f3135b3cc068ffd331804d81efd5
о научном общении http://magazines.russ.ru/nlo/2003/59/mihai.html
о греко-персидских войнах http://www.vavilon.ru/textonly/issue10/mikhailin.html
Между волком и собакой: героический дискурс в раннесредневековой и советской культурных традициях http://en.sgu.ru/faculties/philological/pmak/01_01.html

Это - библиография http://www.sgu.ru/faculties/philological/pmak/01_01_01.html
http://philology.fromru.com/mihaylinvu.html

аннотации книг http://www.kniginina.ru/index.php?id=16646&item_type=10&user=1663dce5fc51ff63533ea9e3fd1afcd7
http://fiction.kitabu.ru/39560118.html

Работы, на которые Михайлин часто ссылается при исследовании мата - Успенский http://www.ec-dejavu.ru/m/Mat.html
еще в тему Беликов http://www.polit.ru/research/2005/10/14/belikov.html

В целом впечатление очень забавное... Дело в том, что все эти многочисленные сближенья автор ставит на службу описанию ситуации в СССР - и наоборот, понимание советских житейских ситуаций делает основой для расшифровки кельтских и германских сказаний. В этом замкнутом круге всё находит объяснение. Как когда-то у Гумилева, события мировой истории легко объясняются правилами общения воровских шаек. Только материал рассуждений другой - у Гумилева история племен, у Михайлина - мифы. Но весьма забавно - много подробностей всплывает по ходу...

Это, кажется, весьма занятное обстоятельство - какая "первомодель" стоит у историка при расшифровке событий прошлого. Ведь требуется понимать... Кому-то близки модели бюрократические - он мыслит законами и распоряжениями. Кто-то думает о законах воинственных банд, одинаковых во все времена. Кто-то вспоминает "всегда одинаковую" армию и отсюда выводит... А то попадется философ, выстраивающий отношения тезисов, более ему внятные. чем отношения людей. То есть у каждого есть какой-то наблюдаемый в настоящей жизни сценарий, к которому он выруливает всю историю.
Tags: books3, history3, literature, myth
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 55 comments