geo

* * *


- Что такое девушки, я не в курсе, наверное их просто нет в природе. Про них много говорят, но никто их в глаза не видел.
- я раньше тоже так думал, лет до тридцати.
https://ivanov-petrov.livejournal.com/2268967.html?thread=151305255#t151305255


"За домомъ они нашли полѣнницу, но дровъ въ ней не было"
https://platonicus.livejournal.com/1156495.html


"Человек становится взрослым, когда понимает, что ему ещё есть куда расти. Пока он думает 'я уже взрослый' - он ещё не взрослый".
https://nomen-nescio.livejournal.com/2285150.html
Collapse )
geo

Зачем загадки?

Я совершенно не интересуюсь загадками. Любая собственная особенность кажется естественной, и я относился к этому как к чему-то естественному. Загадки, ребусы, головоломки. Детективные истории с секретами и тайнами. В общем, всё, где требуется сообразить и догадаться, раскрыть то, что вроде бы уже заложено в условиях, но надо потрудиться, чтобы догадаться, что же это - для меня скрыто покровом невыразимой скуки. Стоит увидеть завлекательную надпись "вот загадка, давайте поиграем, кто сможет догадаться" - чтобы я гарантированно не стал читать и прошел мимо.

А потом стало интересно, почему так. Я не смог придумать. Да, мне очень скучно разгадывать загадки. Почему - не знаю. При напряженном вспоминании, с чем это можно связать, уловил только одну вещь. Есть такая штука - занимательные математические задачи. Помните? Девять монет, одна фальшивая и легче, за сколько взвешиваний можно выявить фальшивую (за два). И таких задач - уйма, их любят использовать, потому что те, кого обучают математике, получают интересные, завлекательные возможности освоения материала. Так вот, со мной это не работало - мне эти задачи скучны в той же мере, как простой материал для тупого зазубривания. Поэтому у меня есть гипотеза - может быть, интерес к загадкам, к секретам и всему вот этому - это такое ответвление "математического интереса". Тогда возможна гипотеза - у меня нет интереса к математике, и поэтому я лишен интереса ко всей этой загадочности в жизни. Мне можно сказать: вот загадка, вот секрет - и быть уверенным, что я потерял всякий интерес к этому, и уж что я точно не буду делать - это пытаться разгадать и раскрыть.

Насколько я помню, в математической области меня привлекала (на очень низком уровне, конечно) стереометрия, топология, теория графов и теория пределов. Видимо, там могло бы открыться что-то для меня интересное. В естественных науках для меня проблемы представлялись всегда возможностью сконструировать нечто новое, а не открыть загадку или тайну.

Кажется, там нечто вроде такой формулировки: тайна, загадка, ребус и все прочие варианты - это когда нечто уже есть в наличии, и надо отыскать способ лично для тебя этим воспользоваться. Выигрыш - это отыскание-и-раскрытие уже известного, наличного - но прежде не известного лично тебе. А естественнонаучная проблема мне видится как что-то, чего нет - там вообще нет ответа, никто его не знает, там нету ничего - и есть возможность создать решение, сделать то, чего нет. Вот этим заниматься, как мне кажется, интересно.

Это гипотеза про то, отчего я не люблю загадки. Интересно, а возможны ли другие гипотезы? Насколько я понимаю, огромное большинство людей загадки любит, любит секреты, для них разгадка - игра, нечто увлекательное, то есть возможность нечто поразгадывать самоценна, это и есть вознаграждение. Может быть, те, кто знает, отчего он это любит, могут объяснить - почему они любят загадки? Вдруг там совершенно другие механизмы, чем те, которые я мог придумать для объяснения своего неинтереса.

Почему интересна загадка и загадочность? Отчего секреты - это то, что люди хотят раскрыть? Отчего секрет стараются раскрыть, даже если нет непосредственной пользы от результата, от добытого секрета? Почему люди любят решать задачи?
geo

Идеология и культура

Мне всегда было очень трудно понять идеологические предпочтения и партийные пристрастия людей - все эти левые и правые, с их оттенками, вызывали какую-то мучительную дурноту, - я никак не мог понять, что же определяет левых и правых, это же какое-то условное деление - но оно же устойчиво, длится столетиями и разделяет людей вплоть до крови и смерти. И что же оно такое?

Само политическое деление я так понять и не смог (кому надо - полно сайтов, где объясняется с любой степенью подробности, с историей от Французской революции и без истории, с перечислением современных правых сил и левых движений и без перечисления). Я только о том опыте, который смог углядеть - он, разумеется, локальный и зависит от состава знакомств, но он есть.

Стало понятно, что правые в большей степени определяются общей культурой, чем согласованной идеологией, а левые - больше системой ценностей и идеологией, чем общей культурой. Collapse )

К этому разделению симпатий - к культуре или к идеологии - может быть, становится понятнее одна идея, которую мне тут высказали. Я перескажу своими словами эту идею. Наверное, можно так - это вопрос, как окрашены основные социальные движения. Из Америки распространяется глобальная система ценностей и определенный - назовем его, допустим, прагматическим - уклад социальной жизни. Тут ничего сделать нельзя - необходимость, не из России же этому исходить. И в это течение встраивается упорно вся эта струя контроля - электронные документы, слежение, индивидуальное чипирование и пр. Разные люди на разное обращают внимание - кому-то самыми значимыми кажутся экономические меры и преобразование общества в этом экономическом ключе, другой сразу делает стойку на чипирование и "электронный концлагерь", который за прошедшие полсотни лет стал много ближе. Это рядом лежащие мысли - не важно, что по уровню слежки Китай впереди Штатов (допустим), важно, что сами эти идеи близкие - глобального устройства социальной жизни на основе определенных ценностей и идея контроля. Тут Америка и Китай очень близки - как близки коммунизм и антикоммунизм, это общая плоскость противоборства. В плоскости они будут бороться, но постараются мир подмять в эту плоскость вместе. Там известная штука - тянитолкай. Нет ничего удобнее, чем устроить два воюющих лагеря и призывать всех людей доброй воли присоединяться либо к одному, либо к другому.

И отсюда видно, что будет и противоположный полюс - социум, где придется вырабатывать формы жизни как противодействие этому механическому влиянию всеобщего контроля (контроля индивидуальности - тут и ограничения экономические, и ограничения передвижений, и культурные ограничения). Да, не нравится это очень многим во всем мире, это понятно, но как глобальная культура имеет корни во всем мире, но центром имеет именно Америку - так и эта противостоящая механически-социальным импульсам культура должна будет, при том, что зарождается на везде, иметь некоторое ядро, что ли. И вот мне высказали идею - я выше об этом сказал - что, мол - не с этим ли будет связано будущее развитие культуры в России. С национальными импульсами это развитие связано быть не может, а вот с этим - в общем, возможно. Но тут надо не московскую жизнь представлять (Москва - это кусок Запада в России), а что-нибудь за Уралом. Вот как там смотрится навязанный масочный режим, электронные пропуска и прочие дела - из того образа жизни, - примерно об этом речь. Происходит с одной стороны обесчеловечивание социальной жизни как глобальное явление - и с другой стороны попытки создать культуру, которая в этих условиях остается живой.

Так что это идея возможного вменяемого развития в России - в будущем, конечно - как некоторой альтернативы господствующим тенденциям развития. Насколько это реально, не знаю, но интересно посмотреть. Ну и сама идея... Меня смущает очередной извод "Россия стоит на пути мирового зла" - это уже много раз сыгранный мотив. Но тут акцент другой. Речь не о стране, не о государстве, которое якобы может чему-то там противостоять - ясно, что если о государстве, то оно всего лишь стоит в очереди на присоединение к мировому тренду и ждать там нечего, ни о каком "противостоянии мировым тенденциям" и речи нет. А речь в этой высказанной мне идее идет о непосредственно возникающих в народе импульсах, о культуре, которая может - в будущем - сложиться, такая, чтобы иметь силу противостоять "мировой культуре", то есть - экономизированной и формализованной системе социальных институтов. Как думаете, есть тут зерно какое-то или идея эта напрасная?
geo

Загадочная середина

Есть возраст, когда люди выходят из темноты. Потом, в конце, есть возраст, когда люди уходят в свет. А между ними - средний возраст. От последвадцати до послешестидесяти.

Оказывается, людям гораздо легче говорить о первом и третьем возрасте, и трудно о втором. Там нет структуры. На первом возрасте - странно называть его детством, это до 20-21 года, и даже позже - все биографы и автобиографы ликуют. Там очень четкая структура - всё в первый и раз и всё такое важное. Идет развитие и все время образуется и проявляется новое, и потом, из отдаления, - наполнено смыслом. Очень четкие структуры - вспомните, все эти блаженные описания тенистой мглы детства, потом привлекающая столь многих романтика 12-14 лет, потом эти ужасные и кошмарные, но невозобновимые годы после 14.

Про третий возраст - всё наоборот. Смыкая ряды, уменьшаясь в числе - об этом мало и совсем не так охотно пишут, об этом легче писать другим, если есть близкие. Когда идет антиразвитие, когда пропадают способности. Вот прежде палец гнулся - теперь уже нет, что там с суставом... Вот ноги перестали. Вот спина дала себя знать. Батюшки, а ведь я это помнил - и вот не помню уже. Ох, я же умел это думать - оказывается, не могу. А чувства? Ведь они были, я же помню, вот в этом самом месте были чувства - и что на здесь теперь? Это грустно, но там тоже структура: как стирается, разглаживается и молодеет строение, теряя складки, узлы и ребра, оставляя гладкие и неоформленные поверхности.

А посредине? Там царство внешних событий. "Со мной случилось...", "мне удалось воспользоваться...". Каша из вероятностей, случайностей, усилий - но структуру там разглядеть крайне трудно. Вот с кем-то знаком - а вот и нет его, оказывается, это было мимолетное знакомство. А вот длится работа - сколько лет длится - там есть что вспомнить? Кажется, это та же самая причина, по которой старые романы заканчивались свадьбой. Первый этап пройден - а второй как понять? Имеющиеся попытки повествования о людях в этом втором этапе, в середине - это сюжетизированные цепочки событий. Преступления, мщения, достижения. Это то, как складывался мир вокруг, и очень мало можно увидеть, что же в центре вихря событий, какие структуры есть в самом человеке. Хотя вроде бы все должно быть видно. Характер более не страдает юношеской неопределенностью, все свойства определились - четкие эмоциональные схемы, привычные способы мыслить и понятные волевые усилия. Но вместе не складывается. Все время сбивается в перечисление внешних и таких неважных танцев пылинок вокруг.

Что происходит внутри в середине жизни, в эти центральные сорок лет? какие там структуры?

(c) zh3l
geo

* * *


Отстранённая запись: "Соседка предприняла вторую попытку самоубийства, на этот раз удачную..."
Из дневников Виктора Клемперера
https://nomen-nescio.livejournal.com/2282040.html


- Ну что ты как олень. Какой олень? Ну помнишь, библейский олень.
https://misha-makferson.livejournal.com/1012316.html


Но, в самом деле, распространение «веществ» в качестве творческих стимуляторов к взрыву гениальности не привело. Распространение высшего образования — тоже нивелировало интеллектуалов.
...Сейчас люди ходят «под себя» до пяти лет, подчас, и вместо речи живого человека слышат мультики, «siri» и так и хочется сказать — прочую нечисть. Всё это приводит к краху ДУХА в перспективе!
Но начинать надо с собственной расслабленности, это понятно. Младшие — наше отражение. Эти наблюдения — довольно банальны. Теперь по теме.
И вот все эти люди, с нарушенной произвольностью, становятся взрослыми и рано или поздно попадают к психологам и психиатрам. Если не попадают — тиранят более разумных и милостивых, едут на их шее.
Понятно, что идёт духовный отбор, и он гораздо жестче, чем Дарвиновский старого образца. Collapse )
geo

Действительно интересная книга: Чанг

Я признаюсь - часто моё мнение о книге относится к тому, какой она должна быть, а не какая есть. То есть виден замысел автора, и оцениваешь именно его, замысел. Автор не доработал, не смог сделать до конца - но это уже другое дело. Такая оценка - потому что и замыслов-то стоящих очень мало, а чтобы автор смог воплотить - это совсем редко, так что если не скатываться в брюзжание, - положительные оценки скорее замыслу, а не реализации.

Вот книга
Hasok Chang. Is Water H2O? Evidence, Realism and Pluralism. 2012

Это работа по истории науки. Выполнена замечательно. Для рассказа об устройстве науки, ее истории и методологии автор выбрал очень красивый. но и очень трудный способ: работа с одним примером. Помните, была такая книга - "Аскарида"? Рихард Гольдшмидт. Введение в науку о жизни (аскарида). Вся биология рассмотрена на примере одного организма. И здесь тоже - все проблемы науки (ну, как все...) - на одном примере: установление формулы воды, что такое вода, в самом ли деле вода - Н2О?

Поэтому сначала - глава о научной революции в химии, Лавуазье и Пристли и вот это всё, и как там всё непросто, и насколько вынесенные другими "готовые уроки" из этой истории отличаются от реальности. Банальное "Пристли был неправ, а Лавуазье открыл истину" - это очень далекое от реальности описание. И вот - детали этой истории, научные лагеря, решение вопроса - и почему же мнение о победе Лавуазье и такой-то формуле воды победило и произошла научная революция? Ответ автора надо смотреть детально - там в его позиции важно каждое слово, потому что без подготовки его трудно сказать - неправильно поймут. Я скажу - потому что у меня не авторитетное исследование, а мнение в блоге. Так вот, там была победа по типу "моды" - то есть мнение ученых по вненаучным причинам быстро поменялось. И автор потом через всю книгу проводит нить - а если б не победил Лавуазье? Ведь это была ошибочная победа. А если бы химия развивалась с флогистоном? И мнение автора: теорию флогистона следует оживить, вновь принять, это до сих пор плодотворная точка зрения. (Классификационная проблема: отчего следует считать элементами водород и кислород, отчего не считать элементом воду? Проблема химических элементов - это классификационная проблема (и родилась она из старых алхимических практик "очищения веществ"). Если принять не-лавуазьерову классификацию, облик химии будет в теоретическом смысле совершенно иной - но вот кто б занялся переписыванием современных результатов на совсем другой теоретический язык. То, что в скобках - не от Чанга, это мое дополнение - говорю, чтобы автора не ругали за не его ошибки).

И тут другой ряд рассуждений. Множество людей легко рассуждают о самом известном примере научной ошибки - флогистоне. Явная, мол, чушь. Автор показывает, что это был отличный научный концепт. Что флогистонова химия очень многое сделала - для сегодняшней науки, а если б ее по ненаучным причинам не пришибли, она могла бы сделать больше.

И тут - штрих мастера. Вот в этом месте "могла б больше..." обычно останавливаются, но автор - профи, и он указывает: в современной науке есть мало известные ручейки, где окольным путем, с негодными средствами и трудно, но было сделано то. что легко и понятно было б сделать из флогистоновой химии. То есть прогресс-то поехал дальше, а дырка в познании, которая образовалась из-за победы атомизма и химии Лавуазье - очень медленно, но зарастает. да, это теперь трудно понять, да, это не осознается как продолжение флогистоновой химии - но оно есть.

И потом следующая глава - про атомизм в химии. Только в химии - играми физиков автор не занимается. Атомизм в химии - это закон Авогадро и озарение Дальтона, закон объемов: можно заметить, что вещества вступают в реакцию в определенных неизменных отношениях. И отсюда - идея: ба, да это ж оттого что атомы, это доказательство атомной теории. Вся эта штука открывается в электролизе воды: вот мы ее электролизиуем, и на одном электроде выделяется кислород, на другом водород. Это доказательство. Это доказательство? И автор показывает, что в химии XIX века это не было доказательством, имелось по меньшей мере пять разных теорий, почему имеют место такие-то феномены. показывает трудности ныне принятой точки зрения - отчего ее не принимали (как атомы перемещаются к одному или другому электроду?). И как электрохимия весь XIX век жила без истины - то есть не было господствующей точки зрения. И автор это параллелит к примеру с химической революцией. Вот с Лавуазье поторопились принять единую точку зрения - и сколько всего упустили. А электрохимики не торопились, не образовалось согласованной научной точки зрения, конкурирвоали пять гипотез-теорий - и хорошо получилось.

И как там дальше - три теории соединились (противоречиво и не очень логично) и победили другие две. Получилась нынешняя электрохимия - но там есть огрехи. Автор, опять же, это показывает - кто из ученых что думал, с кем соглашался и почему, а почему не соглашался с другими и какие там неприятности были - во многом сейчас забытые.

Ну и дальше он проходится по химическому атомизму, показывая дырки и - что во многих случаях верное решение принималось по неверным (вненаучным) причинам. А также показывает. что многое полагаемое бесспорным из других наук глядя - совсем не такое при внимательном профессиональном взгляде. Автор говорит: ну что, вот мы вязли модельныйпример банального высказывания, которое используется как истина 2х2, Н2О. И что, вода в самом деле такую формулу имеет? И показывает. что это неточный взгляд - с современной точки зрения вода не Н2О. Там речь о растворенных солях и изотопах, и еще кой о чем. То есть это такой концепт воды - модель воды во многих умах имеет такую формулу. А реальное вещество не такое. И мы уже знаем, какое оно - но истина "формула воды" все живет в рассуждениях тех, кто этим профессионально не занят. Можно искусственно создать вещество с такой формулой, но называть ли его водой - дело соглашения. Известные химические и физические свойства существенно зависят от присутствия различных ионов, а также от связей между соседними молекулами, которые противоречат формуле одной молекулы H2О. Если бы у нас была простая куча молекул H2O, ее нельзя было бы распознать как воду.

И дальше автор раскрывает свою научную позицию - он придумал "активный реализм", то есть плюрализм. Хорошо, когда нет единой истины, и в науке это тоже хорошо. Отличает от релятивизма. Тот пассивно сомневается во всем, а тут совсем другое - активное принятие и разработка сразу многих гипотез, возможность видеть недостатки и противоречия каждого взгляда.

Касаясь моего субъективного мнения: замечательно изложена фактура химии XVIII-XIX вв., подробная и ясная история химической революции и принятия атомизма. А вот философсие рассуждения автора насчет эпистемологии - не везде так хороши. Но он имеет право - после такого эмпирического исследования отчего же высказать точку зрения. с которой он на эти дела смотрит.

Это всё безумно наскоро, потому что книга скрупулезная и с деталями, ее не пересказать общими словами - я только намечаю линии, по которым у автора развернуты рассуждения. Там все в каждом случае очень непросто - разнообразие позиций химиков, их взаимоотношения, причины, по которым теория принимается или нет, недостатки ныне считающихся "прекрасными" объяснений. В целом книга свою задачу решает. На примере банальной истины научного знания показывает, что эта истина, строго говоря, неверна, мнения о том, как она получена - ложные, а среди противников этой научной истины были те, кто в то время при тех знаниях были, по сути, правы и истинно научны. А победили не они, и они во многом забыты, хотя кое-что (немногое, надо сказать) удалось открыть и другим путем - и кто знает, что бы удалось открыть, если б путь науки был все время научным.

Однако тут уж я себя поправлю: другой науки сейчас нет. Все суждения о недостатках науки производятся при наличии единственного уникального объекта - науки. Сравнить ее с какой-то другой наукой, лучшей, - нельзя: нету такой.

Автор формулирует то, что считает новым взглядом на доказательность в научном исследовании. Его позиция такая: любое научное знание условно. Знание не имеет отношения к истине. Там сложно и с оговорками, но если в простоте - старая теория операционализации знания. то есть знание есть структура действий-операций, и далее результат. Вот это знание. А категорию истины надо из науки убрать, она вредит - потому что многие соблазняются думать, что открыли истину и только монизм разводят со своими несовершенными взглядами. Автор упоминает многих современных эмпириков-плюралистов, это одна из самых распространенных позиций в современной философии науки - истины нет и она непознаваема, наше знание относится скорее к умениям, верны могут быть и противоположные точки зрения - то есть не верны, а заслуживают развития и сбора выпадающих плодов.

У меня эти выводы автора никакого сочувствия не вызывают, что не мешает оценивать книгу как совершенно выдающуюся.

Кстати, книга сделана в соответствии с убеждениями автора. Это не равномерное изложение его точки зрения. В каждой из частей он придерживается такого плана: сначала дает общее (как он говорит - популярное) изложение всего материала, облегченное и без многих деталей, но в целом верное. Потом дает в следующем разделе углубленное изложение, частично по внешности противоречащее облегченному - там много деталей. В третьем разделе раскрывает скрытые подробности и загадочные обстоятельства, которые совсем не всегда согласуются со всеми общими суждениями в других разделах. То есть каждый вопрос у него в книге раскрыт в логике"понятно для всех" - "понятно для профи" - "никому не понятно (пока)".
Книгу я пересказал безумно бедно, можно интересными деталями наполнить еще несколько страниц. Но я все же надеюсь, что кусочки цитат под катом помогут представить разнообразие материала.

Collapse )
geo

* * *


- А вот такой вопрос, насколько милосердие и великодушие нормальны друг другу, насколько пересекаются? Можно ли быть милосердным, но не великодушным, великодушным, но не милосердным?
- Кажется, великодушие - про наличие ресурса, посредством которого можно быть милосердным. Т.е. милосердие без великодушия не реализуемо, в отличие от обратной схемы.
https://old-radist.livejournal.com/1499106.html?thread=5814498#t5814498


Ужас, испытываемый порядочным человеком после совершенной подлости, существенно больше ущерба, нанесенного этой подлостью другим людям.
Поэтому основной этический вопрос сегодня это вопрос о радости.
https://old-radist.livejournal.com/1500116.html


А ведь у семейного насилия женское лицо.
...Просто я вижу, что у семейного насилия женское лицо. Это страшное насилие. Оно тихое, незаметное для общества( его не обсуждают, никто никаких законов не принимает). Это насилие молекулярное, особое в своей ужасающей повседневности и обыденности. И осуществляют его женщины.. Да, уставшие, да отчаявшиеся и находящиеся в тупике. Но ведь мы же помним, что насилие нельзя оправдывать никакими психологическими мотивами? По крайней мере, подобные аргументы в отношении мужчин не принимаются во внимание.
https://alienist-l.livejournal.com/109428.html
Collapse )
geo

Мы очень разные люди, -

к такому суждению придет любой, кто будет знакомиться, например, с моими взглядами. Или с взглядами какого-нибудь другого человека - это, собственно, не так важно, чтобы с моими, это универсальный вывод. Разные. Настолько разные, что это сначала немного любопытно, а потом даже неприятно и скорее совсем неприятно - гораздо сильнее, чем любопытно.
Collapse )
Я не очень знаю, что с этим можно сделать. Это чувство фундаментального различия между собеседниками будет становиться всё сильнее. При общении с любым человеком будет всё сильнее очевидно, что - слишком разные даже для любопытства, не то что для симпатии.

Мне кажется, что способ справиться с этим - быть разнообразнее. В ответ на разность - разнообразие.

Вы предпочитаете другой ответ? Милосердие? Прощение? Восхищение? Противостояние?
geo

Новые мифы

Читал найденную незаурядную книгу - М. Пащенко, Сюжет для мистерии: Парсифаль - Китеж - Золотой Петушок (историческая поэтика оперы в канун модерна). 2018.

Незаурядные книги видны издалека. Они выше своих тем; скажем, книги Арнольда (популярные) имеет смысл читать всем, независимо от степени тупости в математике: вдруг в уме просквозит и что-нибудь станет понятно - даже и вне связи с непосредственным содержанием книги. Такое встречается - в этом блоге я несколько раз рассказывал о незаурядных книгах, странных, непривычных, часто непризнанных профессионалами - или, напротив, сразу становящихся классикой.

О чем эта книга Пащенко... Ну да, можно написать что-то о содержании. Опера, Вагнер и вагнерианство, драма Парцифаль, рецепция у Римского-Корсакова, создание русского мифа... Не интересно? а потому что это так не передается. Так можно объяснить только заурядную книгу, а такую - нет, содержание тут играет иную роль.

Книга трудная для читателя. Автор был в тяжком положении. Предмет его изложения знают немногие профессионалы, и они настроены против его концепции, причем совсем против - типа "так нельзя смотреть, это будет чушь". Тем самым книгу для профессионалов писать нельзя и незачем - они фыркнут, и всё. Есть широкий круг любителей- зрители, публика оперы. Книга ведь об опере, о немецкой и русской опере... Много любителей оперы? очень? Опять же, рассчитывать, что книга - для поклонников оперного искусства - не очень хороший ход. Там многое сильно выступает далеко за тематику оперы. Книга популярная и для всех..... Но в сложно объясняемом смысле. Проще всего сказать так: она требует от читателя уровня, но не специальных знаний (в искусствоведении, филологии, истории культуры и пр.), а просто - уровня. Иначе ее не прочесть. Автор не стал приспускать уровень для читателя - пусть прочтет тот, кто сможет. Он говорит на естественном для него языке и чувствуется: для него этот язык прост, это не умовыкручивательные обороты, автор в самом деле думает таким языком. Другое дело, что для многих читателей этот его естественный умственный уровень покажется шумом, бессмысленной болтовней и пустым плетением словес.

Так что книга трудная для чтения - причем "всем", и при этом - "популярная", поскольку автор говорит - если вдуматься - вполне ясные вещи, не злоупотребляет терминами, поясняет реалии - конечно, это не специальный текст, рассчитанный на специалистов. И в то же время назвать такой текст популярным - ну очень странно. Тут стоит проблема современной популяризации: для чего она? В XIX в. это не было проблемой, и сейчас популяризаторы обычно просто повторяют анахронические аргументы просвещенцев из позапрошлого века. Сейчас популяризация знаний - проблемна. Для кого? Кто этим интересуется? Кто сможет это читать? И многие другие очень непростые вопросы. Представьте только самую первую ступеньку ответа: образ результата ответа на вопрос. На эти вопросы (о назначении популярной книги) отвечают названиями социальных групп. Для школьников. Домохозяек. Студентов. Научных сотрудников. То есть ответ формулируется как список социальных групп, которым назначен продукт - популярная книга. Но социум сейчас очень меняется, социальные группы в нем многие - умерли, многие - совсем новые, еще без названий. Можно ли отвечать названиями групп? А вообще - может быть, надо названиями не социальных групп, а - психологических? Или - этических? То есть популярный текст в XXI веке назначен не "людям интеллектуального труда других специальностей", не "студентам и аспирантам", а - людям с определенным типом намерений относительно своей жизни, с определенным устройством личной этики. Может так быть? И там дальше еще столько же непонятностей в ответе на самые простые вопросы про популярную литературу.

Так вот - содержание. Collapse )