Category: животные

geo

Как узнать высшего

Думаю, большинству читателей вопрос покажется надуманным. И мне показался поначалу. Мне удалось избавиться от этого ощущения, когда я понял, что мой собеседник искренне спрашивает, это у него не умствование, а живой интерес. Может быть, если вы подумаете, что есть люди, для которых понять это в самом деле важно - не будете относиться с насмешкой. (И не он один... https://nezrim.livejournal.com/107914.html https://nezrim.livejournal.com/110717.html )

Вопрос этот выстроить трудно. Если его задать прямо, он срывается в некоторую тупую тривиальность, и ответы идут на эту тривиальность - очень ожидаемые. Из прошлого, как привычно отвечать. А вопрос, между тем, новый. Он не о том, что привычно, а о новом опыте. Поэтому я спрошу не совсем прямо - я сначала задам, если угодно, сказочную ситуацию, а потом уже спрошу прямо - чтобы было понятно, в чем же вопрос.

Выдуманная ситуация такова. Вы, конечно, знаете сентиментальные истории о животных. Крокодил, спасенный местным мужиком, годы потом к нему приплывал, мужик его чистил, с ним плавал, кормил и играл, и крокодил его не трогал. Собака, которая привыкла встречать хозяина после работы на автобусной остановке, после смерти хозяина (он тем самым не вернулся) очень долго ждала его каждый день в любую погоду на этой остановке. Благодарность. Верность. Любовь. Память.

Такого можно насобирать очень много. Почему это сказка? Потому что на языке привычек и условных рефлексов никаких этих высоких чувств нет - есть привычное ожидание подкрепления и прочая такая лабуда. Но это совершенно неважно для того вопроса, который желает ответа.

Можно смотреть на поведение животных, на животный мир таким образом, что в нем есть - иногда бывают - изредка проявляются - формы на ступень высшего поведения. Это не видовые привычки, это не "примеры альтруизма", определяемые генетически. Это индивидуальные истории типа "а вот у меня был кот - не поверите...", "а моя собака, - что вы мне будете говорить! - я на самом деле чувствовал её чувства". И вот среди поверхности "обычного" для животных поведения (кавычки там потому, что я не представляю, кто мог бы адеватно раскрыть их и в самом деле понимал бы, что такое обычное поведение животного, это вопрос крайне сложный...) возникают такие "случаи", которые какой-то человек читает как проявление высшего для животных, того, что животным несвойственно. Это нельзя описать в терминах видового поведения, это вообще не существует, если "объективно" это описывать. То есть на фоне "обычного" поведения животных проявляется высшее, надвидовое поведение - которое мы расшифровываем как человеческие чувства: те самые верность, любовь.

Вот. Собственно, учитывая эту фантастическую интерлюдию, можно задавать вопрос. Как вы считаете, что является таким "высшим" поведением среди людей? Что это за поведение у человека?

Почему было нельзя спросить иначе? Без сказок о поведении животных? Потому что есть конфессионально принятые ответы и есть моральные ожидания. Обычно взрослый человек, скривившись, как жуя лимон, выдавливает из себя: "Ну эти... святые... ну там добро всякое причинять... бескорыстно...". Жалкую эту сцену сами можете представить, и мне не хотелось бы видеть таких ответов - это человек нехотя пересказывает прописи, в которые сам не верит и примеров исполнения которых не видел. Зачем это?

Можно представить это гораздо живее. Вот перед каждым из нас жизнь и наблюденные случаи поведения. Я привел пример: эта вот собака, которая ждет... То, как это поведение чувствует человек - не про рефлексы и ассоциации, а про чувства человека - что это нетипичное поведение, его в каком-то смысле "не может быть". И таким взглядом посмотреть на виденное среди людей. Может быть, вы видели поведение людей, которое, если не пытаться что-то доказывать, а просто для себя - обозначаете как "высшее"? Оно в рутине человеческих действий может быть столь же бессмысленным, как понятие "верность" в рутине условных рефлексов. Но, может быть, оно есть?

И я спрашиваю о вашем собственном мнении относительно такого поведения. Не о том, что "в нашей культуре принято считать...", не о том, что "обычно говорят...", а о личном опыте. Может быть, не очень объяснимом, самому непонятном, но настоящем: вы почувствовали, что увиденное - это... Вопрос, видимо, в том, какое направление вы называете "вверх" и какие проявления у него могли бы быть.

Collapse )
geo

Фантазии у животных

Праздников у животных, кажется, нет. А есть...
Воображение, образы, планы. Всё это есть. Обычно неотделимое от действительности, то есть реальное для фантазёра. Есть воспоминания - хотя, возможно, они устроены иначе, чем привычное человеческое воспоминание. Наверное, есть нечто вроде представления о будущем - хотя иное, чем надежда. Воображение с изменением свойств и функций воображаемого объекта, отличающие его от реального объекта... Представление совсем несуществующего образа, то, что называется "тульпа" - отчего нет?

Вот шимпанзе-самец, живущий в лесу вместе со своей беременной матерью, играет с палкой, как будто с детенышем - кормит игрушку, прячет в построенное убежище https://www.bbc.com/future/article/20130207-can-animals-imagine Кукла рождается в последовательности поведенческих актов легко и непосредственно. Исследователь вытаращивается, он изумлен: обезьяна создала куклу! Но в реке поведения этого шимпанзе это не выделено "открытием" - он учился у мамы управляться со сложными видами пищи, он подражает поведению окружающих, он видел детенышей и как с ними себя ведут родители. Он проявил в действиях то, что видел. А когда кошка спит и вдруг начинает быстро перебирать ногами, гонится за кем-то - это другое? Одна шимпанзе в неволе иногда играла с воображаемой игрушкой, тянула за собой на веревочке воображаемое нечто, следила за этой выдуманной несуществующей игрушкой, просила людей освободить игрушку, будто бы застрявшую по дороге. Воображаемые предметы сравнительно часто возникают в играх шимпанзе, один детеныш нечто "протягивает" другому, играет с этим ничто, снова протягивает... Другие иногда не понимают игры, иногда вроде бы включаются. Кукла, да - но: недостижимой правдоподобности. Ведь они не отличают придуманное от реальности, эта выдуманная игрушка "есть". Нет сознания, что выдуманное выдумано.

Что уж говорить о планах животных - в сложных ситуациях, например при выборе пути, достаточно явно вырабатывается план, если его выполнение наталкивается на препятствия - следует задержка, придумывается другой ход. Но такой же ли это план, как у людей? Наверное, другой. Разве дело в шимпанзе? Когда личинка ручейника строит домик, подбирая подходящие элементы, в определенном порядке выстраивая конус для тела и крышечку, чтобы закрываться от непрошеных гостей - у нее есть план. Или предполагаемая последовательность действий. Если ударом тока прервать постройку, личинка сбивается. Начинает с одного из предшествующих этапов, иногда пропускает одну-две операции. Причем функционально акты могут организовываться в несколько разной последовательности. Это никоим образом не станок, который действует по одной программе - это именно поток поведения (как говорят о живой форме: морфопроцесс, живой вихрь формы, так и поведение - вихрь движений), в котором некоторые стадии могут изменять место в привычной последовательности, пропускаться, изменяться - не говоря о том, что ручейник строит из песка, бусинок, стекляшек и камней разные постройки с несколько разной последовательностью действий. Наверное, это всё же не такой же план, как у нас - но в точности сказать, в чем он другой, трудно. Можно упереться в количественный показатель: сколько этапов будущего поведения (запланированного) и прошлого (непосредственно запомненного) держится "в уме". У человека, кажется, побольше, чем у личинки ручейника. Та держит в памяти одну-две предыдущих стадии и вперёд, в будущие действия смотрит в основном на один-два "функциональных шага". Человек, наверное, на три-четыре. Иногда, изредка, даже больше. Вы в шахматы на сколько ходов вперед смотрите? Ну, а я не смотрю...

Впрочем, сравнивать с человеком нужно только с одной целью - чтобы выпасть из гипноза слов. Это "план"? Это "надежда"? Это "мечта"? Или вот пчелиный рой. Он висит на ветке рядом с ульем, и восемьдесят тысяч пчёл выпускают в разные стороны сотни разведчиц, которые должны найти подходящее место для жизни, дупло или ещё что. Разведчицы находят (или нет), возвращаются и на поверхности кипящей живой капли пчёл танцуют, сообщая, что на таком-то расстоянии (вроде бы так) пригодное место. Интенсивность танца завсит от того, насколько пчеле понравилось потенциальное место для будущего заселения всего роя. Одни танцуют интенсивно, другие едва-едва. В одно место зовут десятки разведчиц, в другое едва пара. И рой снимается и летит за теми, кого было больше и кто танцевал жарче. Это планирование? в масштабах социума? Нет? Ну нет, конечно, там же не мозг, а обнажённая поверхность семьи, где тысячи пчёл всё время то ныряют вглубь клуба, то выходят на поверхность и умудряются при этом сообразить, что протанцевавшие по спине ножки-брюшки - это не абы кто, а разведчица и она куда-то зовёт. Это сходный с планированием процесс, похожий на оценку альтернативных вариантов, но как-то прямо до физического осуществлённый не клетками, а особями.
Collapse ) Есть старое "правило": человек - дитя природы; смысл: формы животных оказываются более специализированными, чем такие же органы людей, скажем плавники китов или копыта лошади - более специализированные передние конечности, чем рука человека. Так можно сказать о многом - хоть о желудке в сравнении с коровой, хоть о чём. А органы поведения? То есть формы, акты, совершаемые животными? Обычно формы поведения животных сравнивают с поведением детей. Мол, у животных "такие же фантазии", как у детей - непосредственные, не отделяющие себя от действительности, "честные". Потому что дети ещё не вполне сознательны. Так что говорят о сходстве поведения животных, скажем шимпанзе, и детей до 2-3-4 лет. Но если понимать поведение как развёрнутую во времени морфологию, следовало бы считать, что у животных более специализированные формы, как раз "не детские", продвинувшиеся дальше - переразвитые. Если так взглянуть на множество примеров "животных эмоций и фантазий" - что получится?
geo

воля

Когда говорили о душе и духе, выяснилось, что современники легко могут сказать, что такое разум и что такое чувство, а вот с волей проблемы. Куда относится и чем является... Поэтому у меня предложение.

воля есть свобода самопреодоления

Каким образом может формироваться сознание – оно же не дается готовым раз и навсегда, а складывается, растет – как именно? Так же, как и тело, только на другом плане?
Через развертку-складывание, выпячивания-прогибы неким невидимым и до сих пор неизвестным скульптором? В случае сознания это воля, но не которая сила, а которая... впрочем, тут лучше не углубляться, в общем, нечто формирует сознание из линий, слоев и пластов сконцентрированного так или иначе внимания (насчет того, что такое внимание тоже лучше не отвлекаться), заплетает ленты в петли покруче мибиусной, создает из них целые входящие друг в друга объемы – резонирующие, отражающие, оттеняющие сферы, охватывающие совершенно разные, обычно не стоящие рядом вещи, соединяющие несоединимое, сочетающие несочетаемое? Похоже, это его качество совмещения - главное.
https://windeyes.livejournal.com/392186.html
Collapse )
geo

Этих мужиков хрен поймешь

Был у нас кот. Здоровенный, серый в черное, по имени Сильвер. Ну вот, жена сидела на кухне, бумажку какую-то в руке жамкала, смяла в комок и кинула на пол. Кот побежал, бумажку подхватил и принес жене, положил под ноги.
Жена обрадовалась: сейчас будем играть.
Взяла бумажный шарик, радостно кинула его подальше. Кот побежал, принес, положил к ногам. Внимательно посмотрел.
Она опять взяла бумажку, кинула. Кот побежал, принес, положил, очень больно укусил ее за ногу и ушел из кухни.
Жена сидела совершенно изумленная. "Не понимаю, что произошло? Этих мужиков хрен поймешь".
Так что и в мужском характере есть загадошная непознаваемость для острого женского ума.
geo

Лытдыбр

Шел с работы и тренировал глаз, чтобы он видел мир объемно, трехмерно. Он норовит видеть плоско, и я его воспитываю. Второй глаз, понятное дело, ведет подрывную деятельность, толку от него один вред. Скажем, иду через зеленую аллею, и вижу смутное такое слегка просвечивающее, но очень красное пятно метрах в пяти выше почвы и прямо впереди. Медленно соображаю, что бы это могло быть. Отбросив несколько вариантов, прикрыл лишний глаз, осмотрелся внимательно и нашел сильно сбоку красную машину, корпус которой и проецировался мне на вменяемую картину действительности - той, которая есть у меня на самом деле. Нет, он, глаз, вообще иногда видит трехмерно, не то чтобы всегда. Но если его часами заставлять смотреть попеременно то в микроскоп, то в компьютер - он начинает злиться и не видит.

Неисследимые законы бытия сделали для меня печальным сентябрь месяц, а точнее - осеннее равноденствие. Многие десятки лет я уже с августа чувствую приближение этого дна года. По опыту знаю, что голова моя будет (и уже есть) пуста, ощущения и чувства будут лгать или говорить такую правду, что нам ее не надам, здоровье будет плакать и жаловаться, и вообще жизнь будет катиться вниз - с тем чтобы, по достижении дна, еще с неделю поковыряться. всхлипнуть застенчиво и постепенно выправиться. Я уж знаю, готов, еще в июле сжимаю зубы и планирую, как буду терпеть. И вот на - в этом году именно на это время падения выпали мне работы. С применением головы. Одна статья, вторая, и вот третью надо делать. То есть я даже помню, что я знал, что там должно быть написано и общий смысл, и цель, и намерение - а теперь нет ничего. Смотрю в прошлые свои тексты на эту тему, радуюсь - умный человек писал, завидую, но способности написать не обретаю. Спросил, нельзя ли ту статью перенести на сроки, физиологически для меня пригодные - нельзя. Планы то, планы сё, издание готовится, люди ждут - в общем, как всегда. Придется совершать со своим интеллектом насильственные действия, вынуждая его вспомнить, как он, бывало, гарцевал. Вот уж полторы недели пытаюсь, но он лежит неопрятной кучей и не пишет, собака такая, ничего, говорит, не знаю, уйди, не могу. Ну что ты будешь делать... Равноденствие. Дно года.

Это еще что. Вот в молодости у меня не то что год - неделя была в цикле. Во вторник мне приходила блестящая мысль, и я ее лихорадочно записывал. К четвергу я примерно понимал, о чем это и отчего это важно в-пятых. К пятнице понимал дело более подробно и мысль встраивалась в общий каркас знаний, за субботу и воскресенье обзаведясь положенными связями. А в следующий вторник - опять. Сначала радовался, потом устал - несколько лет так было. Просто как на работе у меня были творческие силы. Как чего придумать - надо до вторника, а что придумается - я не знаю, оно пёрло именно во вторник и что ему самому надо, не оглядываясь на мои просьбы, что надо-то вот об этом, очень надо, ну хотя бы на близкую тему - а оно, - ну, то, что пёрло - не обращало внимания. Потом, с годами, вся эта способность устала и рассосалась, давно уже недели мои свободны от обязательных интеллектуальных забот. Теперь, что вторник, что другие дни - н-да. Но вот чтобы так мне вмазать с равноденствием...

Из хорошего. Как всегда, хорошее связано с другими людьми. Внутри у меня, там, где у других свобода, приятные всякие желания и надежды, обычно очень мрачно и холодно. Зато снаружи, где у других - враги, принуждение и хлопоты, у меня - возможные приятные обстоятельства. Так что если я хочу хватануть несвободы и насилия, принуждения. неприязни и всяких отягчающих обстоятельств - обращаюсь внутрь себя. Если же хочу увидеть тепло, свет и приятные впечатления - смотрю наружу. Вот письмо пришло, Борис Жуков прислал старую свою статью, она мне очень понравилась. Эдак там одна фантастическая невозможность на другую налезает, и все вместе - чистая правда. Это о ТВС, о венерической саркоме, - об одноклеточных, произошедших от собаки, а теперь - самостоятельном виде, о заразном раке, о том, что такое вид, чем он стабилизируется, и как он недавно произошел... И все на лоскутке текста, там едва на каблуках провернёшься - а вот же сколько всего уместилось. Борис Жуков сказал, что он этот текст, если мне понравится, разместит где-то, кажется, чуть не у себя в ЖЖ - мне нравится, так что жду.

PS Ну вот https://bbzhukov.livejournal.com/109270.html
geo

Хорошо. Пусть будет задача...

Ведь все любят задачи. Задачи - это интересно. Я вот их терпеть не могу. Ну ладно.

Задача, как мне кажется, хороша, когда понятно, каков должен быть ответ. Когда сразу ясно, как правильно. Тогда это настоящая задача и можно ломать голову.

Пусть у нас имеется, допустим, насекомое, пусть какая-нибудь стрекоза. У нее более или менее одинаковые членики длинного брюшка. Потом идут преобразованные членики груди и совсем уже не похожие на отдельные членики, слившиеся членики, образующие голову. Будем смотреть очень грубо: два типа члеников, одинаковые в брюшке и отличающиеся от них, преобразованные в переднем отделе тела. (Намекаю: задача совершенно не про насекомых).

Обладающий эволюционным мышлением биолог, в том числе морфолог, мыслит следующим образом. Поскольку одинаковые членики представить проще, следует предположить, что сначала была предковая форма, вся состоявшая из одинаковых члеников. Такие примитивные животные долго жили, поколения сменяли друг друга, а потом передняя часть стала преобразовываться. Измененные членики передней части - это продвинутый признак относительно одинаковых и проще устроенных члеников брюшка. Поэтому, глядя на современное насекомое, различают в его передней части остаток облика прежде одинаковых члеников. На вопрос: какая часть тела старше? - легко ответить: старше задняя часть, брюшко из одинаковых члеников, оно показывает более древнюю стадию этого тела, а продвинутые признаки передней части тела показывают более молодую часть. Задняя - древнее состояние, передняя - молодое состояние. Задняя старше по времени.

Это же рассуждение можно провести относительно позвоночных - про позвоночник и череп. Тут будут дополнительные трудности, потому что с черепом не так очевидно, что он - из "члеников", и там кое-что добавляется. Но если смотреть грубо, можно было бы сформулировать ту же задачу. И получить такой же ответ: позвоночник показывает более древнее состояние, череп - более продвинутое, более молодое.

А теперь посмотрим, как эта же ситуация видна с точки зрения "чистого морфолога" - который смотрел бы только на морфологические феномены, и больше ни на что. В передней части отмечаются следы того, что она произошла при изменении члеников, которые есть в задней части. Значит, время для передней части состоит из двух частей, там наблюдается две стадии времени - стадия 1 для развития задней части плюс стадия 2 для развития измененного состояния передней части. А в задней части членики характеризуются только состоянием в 1 единицу времени. Потому что они не преобразованные до продвинутого состояния и, значит, потребовалась одна единица условного времени для развития. Тогда передняя часть имеет за собой большее время (2 условных единицы), а задняя - 1 единицу времени. Ведь время - это число изменений. Тогда передняя старше, задняя моложе.

Конечно, такое рассуждение можно применить не к частям тел, а к целым организмам. Допустим, имеется очень примитивный организм с гомономным расчленением. И есть продвинутый организм, части которого гомологичны первому, но устроены с многочисленными изменениями. Согласно приведенной логике, примитивный организм - моложе, а продвинутый - старше.
Collapse )
задира

Доминант

На газончике с деревцами меж домами гуляет мужик и водит на шлейке кота. Вид умилительный и важный - вот, чтобы не сидел дома безвылазно, чтобы свобода и чтобы счастье, и чтобы сдуру не убежал - котогуляние.
Вскоре кот стремглав лезет на дерево. Забирается довольно высоко, сколько шлейки хватило. Мужик пытался его остановить, дергал шлейку - бесполезно. Кот впился в ствол когтями, обхватил - не содрать. Мужик подергал кота, подергал и встал под деревом, держась за шлейку. А что делать-то?
Постоял. Мужик, в смысле. Кот - повисел на когтях в обхват, а потом несколько расслабился и угнездился. Там, в ветвях. Приловчился. Смотрю - он как-то так старательно приспосабливается.
И тут он сверху мужика описал. То есть совершенно вдрызг, с головы и прямо до всего остального. Мужик было голову-то поднял, смешной человек, но тут же её и опустил. Ну и стоит, обтекает. Кот еще минуту посидел, созерцая окрестности, а потом очень шустро слез с дерева и гордо пошел прогулочным шагом. Дальше гулять. Ну и мужик за ним повлачился - а что, гуляние же не закончено. Ну, чтобы свобода, и счастье, и котогуляние.
geo

Кружевницы Tingidae

Клопы - если не входить в детали - делятся на небольшое число групп, и самые обильные видами - Pentatomomorpha и Cimicomorpha. В одной группе лесные клопы-щитники, в другой - например, постельный клоп. Но в той же группе семейств с постельным клопом находятся и клопы-кружевницы. Их больше 2000 видов, размер - до полусантиметра. Мелкие. Но зато форма...

Клопы - это как бы жуки, выстроенные на базе насекомых с неполным превращением. То есть как если бы тараканы попытались выстроить жука. Компактные, тело прикрыто жесткими покровами, до брони жука не дотягивают, но вполне защищенные. Но при этом колюще-сосущий ротовой аппарат и неполное превращение, то есть куколки не образуется, личинки постепенно растут, линяют, а потом обретают крылья и способность к размножению. И ротовой аппарат по умолчанию не грызущий, а сосущий, и клопы в основном питаются растительными соками, то есть в большинстве это фитофаги, сидят на листьях и стеблях и сосут. Но, конечно, на базе такого ротового аппарата можно и паразитировать, и хищничать.



Кружевницы известны с раннего мела (Монголия), и затем находки из эоцена, а с миоцена уже начинается практически современная по облику фауна. Происходят они от клопов с названием Joppeicidae, в этом семействе речь идет обычно о единственном роде Joppeicus. Предков не выбирают. Жоппейкус, кстати, хоть кружевами не обладает - вполне себе хищник. Хищничает он в С. Африке и на Ближнем Востоке, охотится на виды насекомых, повреждающие продуктовые запасы - на личинок мучного хрущака, на гусениц некоторых бабочек, скажем - мельничной огневки. Вот от подобного хищника длиной 3 мм и произошли кружевницы. Которые стали питаться растениями и обросли кружевами. Жоппейкуса пытаются разводить, потому что вместо него травят зерновые склады бромистым метилом, что не полезно людям. В эту штуку, в метил, добавляют хлорпикрин в качестве одоранта и окуривают зерно. Вещество при удаче растворяет лаки и краски... Для насекомых этот метил является нервно-паралитическим ядом. Люди справедливо полагают, что лучше пусть жоппейкус охотится в зерне, снижая численность вредителей.

Возможно, такое время самых ранних находок свидетельствует, что кружевницы появились с самого начала эволюции покрытосеменных растений, как только начали распространяться цветковые - сразу у них появились по сути внешние паразиты, насекомые, сосущие сок из листьев и стеблей. Понятно, что раз насекомые питаются растениями - в такой группе можно ожидать сельхозвредителей. И они там есть. Другая черта многих кружевниц - тепло они любят. Некоторые даже способны жить в засушливых условиях. Так что, в отличие от многих других клопов, они выбирают не влажно-теплые, а жаркие и засушливые местообитания. При этом кружевницы связаны больше всего со сложноцветными и яснотковыми (губоцветными), а также со мхами. То есть это преимущественно травянистые растения, встречающиеся в изобилии, отличная кормовая база для фитофагов. Среди этих трав кружевницы выбирают эдификаторов, почвообразующие растительные формы. То есть, проще говоря, любят, когда еды много, и особенно искать ее не приходится, когда вокруг всё сплошь - еда. За едой кружевницы способны последовать даже в неблагоприятные условия, в наши широты они пришли из ориентальной и эфиопской фауны. То есть теплолюбивые кружевницы готовы пойти и на север, претерпеть сухость, - приспособиться к холодному сезону, лишь бы было вдоволь еды.

На растениях кружевницы ведут себя как все травоядные: собираются в стада и пасутся. Это поведение можно наблюдать что у горбаток (https://ivanov-petrov.livejournal.com/2162997.html), что у клопов. В стада они собираются, подавая сигнал феромонами, то есть стадо пахнет, и на этот запах прибредают одиночные кружевницы, сбиваясь вместе (агрегация - Kearns, Yamamoto, 1981). Кроме того, есть и феромоны тревоги: эти кружевные коровки, когда их начинают покушивать, тревожно пахнут и разбегаются. Если собрать тревожный феромон в пробирку, а потом из этой пробирки повонять около стада кружевниц, - те разбегаются. Впрочем, разбегание полусантиметровых коровок... Они же все заякорены в листе, воткнуты в лист хоботками и сосут сок. И тут - тревожный запах! Кружевницы вытаскивают хоботок, подгибают бурильную установку и прутся подальше от тревожного запаха, натыкаются на забурившихся соседей. Те тревожатся, начинают извлекать хоботки... В общем, это не бодрая паника, со стуком тысяч копыт и быстрым исчезновением, а нечто вроде тревоги в собрании бурильных установок... Пока они там всё это дело поднимут, сложат, начнут искать, куда бы податься... Образуется скорее поток испуганных нимф (личинок старших возрастов), которые, пихаясь, медленно смещаются по черешку листа, пытаясь куда-то убраться. Потом успокаиваются и снова пытаются забуриться. Тревога с групповым перемещением длится максимум минут 20, чаще стихает минут через 5. Отставшие и отбившиеся от стада нимфы тревожатся и пытаются найти стадо, идут по запаху и пристраиваются к пасущимся кружевницам.

При этом в стаде нимф могут оказаться взрослые самки. Вроде бы, судя по наблюдениям, они немного управляют движениями стада. Трогают усиками испуганных нимф и либо направляют их поток в определенном направлении, либо успокаивают и останавливают. Это материнская забота. Вроде бы самые молодые личинки даже без всякой тревоги подчиняются указующим движениям усиков взрослых самок. Самки усиливают тревогу - они четче разбирают угрозу, движениями усиков начинают погонять стадо, чтобы нимфы быстрее извлекались из еды и начинали двигаться. Более того, в присутствии самки стадо реже распадается. То есть с самкой это стадо нимф движется как единое целое, а без самки отдельные группы нимф чаще отделяются и идут себе в какую-то другую сторону.

На стада кружевниц охотятся листовые хищники - божьи коровки и муравьи. Нимфы стремятся убежать от пожирателей. А самки даже защищают стадо. Самка растопыривает крылья и угрожает приближающейся божьей коровке. Чем она угрожает - это другой вопрос.

Вообще хищничество в мире насекомых - это балет совсем другой, чем у привычных нам зверей. Всё происходит медленно, печально и в необязательном порядке. Скажем, хищный муравей нападает на кладку кружевницы, которую охраняет самка. И что? Ничего. Он утаскивает яйцо. Самка не замечает. Допустим, хищник подлезает чуть не под самку и выедает личинку раннего возраста, впиваясь ей между сегментов. От самки ответа нет, хотя хищник у нее между ног. Не заметила. Но вот хищник дорвался и впился прямо в брюшко личинке. Видимо, пошел запах, тревога, самка задумчиво шевелится, оглядывается, замечает хищника и слегка бодает его головой. Бодаться - это у всех растительноядных форм... И не так глупо. В том наблюдении нападающий хищный муравей, подвергнутый боданию, то есть бодланутый, застыл без движения на 55 минут. Вряд ли удар головой бодучей кружевницы был причиной нокдауна, наверное, она его какой-то химией обдала. У них в грудных сегментах здоровенные химические железы, так что могла. В столкновениях с ужасными божьими коровками - битва с переменным успехом. Иногда чудовищная Hippodamia отбрасывает самку-кружевницу и пирует на ее малых нимфочках, а иногда кружевница кидается к вовремя замеченной гипподамии и атакует ее. Божья коровка при этом следует прежде избранным курсом и вроде как повреждений не получает, но нимфами отчего-то не интересуется и проходит мимо. Кому такие бодучие кружевницы нужны.

Clipboard03

То есть хищников самка отпугивает, широко раскрывая крылья. Машет угрожающе. Видимо, это не только на хищников действует. Наблюдали, как самка успокаивает детей. Стадо нимф никак не могло успокоиться, приведенное на место кормления, нимфы всё бурлили и намеревались разбежаться. Тогда самка-кружевница обежала стадо вокруг, встала и угрожающе распахнула крылья. Нимфы заметно притихли. Страшно, мама сердится. Материнская забота свойственна совсем не всем кружевницам, но можно отыскать виды с таким вот поведением - хотя есть и другие, где мама откладывает яйца и уходит в окружающую даль, а вылупившиеся личинки сами сбиваются в стадо и выживают по милости естественного отбора, который дозволяет размножаться всему несъетому.

Clipboard02

Муравьи - это страшная угроза для таких стад кружевниц. Но иногда у хищника и жертвы выстраиваются и совсем другие отношения. Клопы принимают роль тлей: муравьи такие стада охраняют от других хищников, следят за их благополучием, питаясь сахарами, возникающими при фильтрации растительного сока. Муравьи имеют трофобиотические отношения с очень разными клопами разных семейств. Этот вариант стокгольмского синдрома может выглядеть так: стадо клопиков сгоняют в специальные убежища, в полости под корой - в хлев. Там клопы не разбегаются и сосут сок, там их легче охранять от хищников. Хищники ползающие вообще прорваться сквозь посты муравьев шансов не имеют, а летающие осы - со сниженной вероятностью. Муравей вообще-то в прыжке может снять муху, так что даже и осе-энцертиде следует быть осторожной с пастухами-охранниками. В результате зараженность яиц клопов снижается и муравьиные стада разрастаются. Во многих случаях защита муравьев не круглосуточная, часто бывает так, что охранники стоят вокруг стада клопов днем, гоняют хищников, на ночь уходят в гнездо, а их стада разбредаются хаотично. Утром пастухи выходят и собирают разбредшихся несъеденных клопов, создавая опять плотные охраняемые стада. Кстати, муравьи не только собирают сладкий сок, они также используют стада на мясо: охраняют, но часть нимф забивают. Белок тоже нужен.


тут червецы, но со стадами клопов примерно то же

Как устроены эти кружева на спине кружевниц? Для чего они служат? Collapse )
geo

Ежемухи

Огромное количество видов - паразиты (и паразитоиды). Различают так: паразит оставляет жертву живой, а паразитоид - убивает. То есть в фильме "Чужой" показан паразитоид. Во многих случаях паразитоиды развиваются в паразитов - у них прогресс такой. Ну в самом деле, паразитоиды своих хозяев уничтожают, детей потом куда девать? Проблема хищников: всех съешь, один останешься и помрешь без прощения. Паразит же работает тонко, сам покушал - оставил хозяина дальше мучиться, и следующему поколению есть где есть и жить. Так что поначалу паразитоиды убивают хозяина, например, прорывая его тело и выходя наружу, а потом, после прогрессивной эволюции, мудрые паразиты оставляют хозяина целеньким. Тот может даже и не заметить, что покушан преизрядно.

За счет всяких других полезных и вкусных хозяев живет великое множество видов, целые пирамиды видов паразитируют друг на друге. Насекомых очень много, десятки миллионов видов (ну, наверное). Понятно, что многие насекомые паразитируют на насекомых. На всех кто-то паразитирует, а кто же самые мощные паразиты? Самые умные, конечно. Вершины мира насекомых.

Больше всего паразитов среди перепончатокрылых. Это отряд, к котором принадлежат пчелы и муравьи, так что ясно - самые умные. Паразиты - это всякие наездники, там много семейств и безумное количество видов. Перепончатокрылые - это где-то три четверти всех вообще существ, паразитирующих на насекомых. Еще четверть - это вторая по численности группа после перепонов: ежемухи (тахины). Это семейство мух, очень большое и разнообразное, они паразитируют на насекомых, и так мощно, что соперничают с перепончатокрылыми по числу паразитов. Кого из насекомых ни схвати - обязательно можно выяснить, что на нем тоже паразитирует какая-то муха-тахина (ежемуха). Это заслуживает уважения: перепончатокрылых - многие десятки тысяч видов, а не очень отстающих от них по обилию видов, которых они едят, тахин... Только наездников-ихневмонид известно тысяч 30, а еще больше браконид, а еще хальциды, есть и другие семейства паразитов. А мух этих паразитических, ежемух - всего десять тысяч, но едят они решительно всех. Их конкуренты, наездники, не только паразитируют, но многие виды переносят еще и болезни насекомых, то есть работают как комары при переносе малярии от человека к человеку - паразит всаживает в жертву свое потомство и заражает вирусами или бактериями насекомых болезней, так что зараженный, пока не помрет, распространяет болезнь в популяции. Это заразность наездников - надо полагать, в связи с тем, что они впрыскивают хозяину паралитический яд, чтобы не дергался, или в их инъекции содержатся ДНК-вирусы, которые поражают иммунную систему хозяина и позволяют яйцам, а затем личинкам спокойно разместиться внутри. Вроде бы таких свойств у тахин не выявлено (поскольку они внутрь хозяина ничего не впрыскивают).

Между собой тахины и наездники не ладят. Скажем, наездник Mesochorus паразитирует на личинке тахины, которая живет в гусенице. Самка наездника должна найти гусеницу, зараженную тахиной (по запаху? надо полагать, как же еще; но если детально - в ход идет решительно всё, и перепоны, и мухи при поисках хозяина используют и запах, и зрение, и слух, и на ощупь ориентируются тоже; на самой ближней дистанции муха любовно ощупывает и охлопывает хозяина лапками: проверяет на вкус, у нее там вкусовые рецепторы); в гусеницу откладываются яйца, которые потом, вылупившись, выпускают личинок наездника, которые в толще гусеницы ищут личинок тахин, внутрь которых проникают и там в них и растут. В свою очередь, тахины нападают на некоторых перепончатокрылых, больше всего на фитофагов - на сидячебрюхих перепончатокрылых (=пилильщиков).

В силу совершенства тахинам почти ничего не пришлось изобретать. Они великолепные летуны (как очень многие высшие мухи), и в этом похожи на близкие семейства - на мясных мух, металлически блестящих каллифорид, и падальных мух, серых быстрых саркофагид. Мухи - один из самых молодых отрядов насекомых, а высшие мухи, как понятно, произошли позже прочих, и все же есть находки куколок тахин из верхнего мела. Как раз совпадает с широким распространением цветковых растений. Кого жрали самые первые тахины - неизвестно, но расцвет группы, конечно, связан с цветковыми: те создали мир листвы. На листьях живет множество листоядных форм, а на них паразитируют тахины. Так что без цветочной революции ничего бы у ежемух не вышло.

Муха подкрадывается к насекомому и аккуратно прилепляет к нему яйца. Потом выходит личинка и заглубляется в тело. Вуаля, они уже там - и будут расти. Мухи небольшие, не больше 2 см. Взрослые мухи, как понятно, питаются нектаром на цветочках, мяса в рот не берут. Всё - детям. Отыскать паразита-тахину можно у очень многих видов насекомых, но всё же есть излюбленные блюда. Больше всего тахины уважают всякие листогрызущие формы, больше всего любят крупных гусениц. Они мясистые, малоподвижные, здоровенные - чего еще желать? Но в целом едят всё - клопов, тараканов, жуков, кузнечиков, уховерток, других мух, богомолов, палочников... Есть даже сообщение о нападении на пауков.

У разных тахин разные способы заражения, одни, как сказано, приклеивают яйца к жертве, другие откладывают на кормовом растении жертвы, чтобы та сама на них наткнулась и приняла подарочек. Или откладывают яйца в почву, а вылупившиеся личинки сами активно ищут хозяина. Поиск хозяина идет с разумной оптимизацией; ведущую роль играют вещества, которые выделяет растение при повреждении фитофагом. То есть листогрызы, поедая растения, тем самым выделяют химический сигнал, по которому их ищут паразиты. Поскольку один определенный вид найти среди множества насекомых трудно, ежемухи облегчили себе работу - их личинки могут развиваться на очень разных хозяевах, то есть в кого удалось залезть - тот и любимый хозяин. Личинке труднее справляться с выеданием всяких разных попавшихся, зато найти хоть кого-нибудь - проще, чем среди множества тварей отыскать именно один какой-то вид. Развитие происходит по-насекомому оперативно, времени мало: одна-три недели - и всё, личинки покидают хозяина, который при этом, конечно, дохнет.

Видно, какие разные пути паразитирования выбрали перепоны и мухи. У перепончатокрылых - длиннейший яйцеклад, жесткий, особая бурильная установка. Некоторые могут толстенную кору дерева пробурить - так что уж покровы гусеницы запросто. Наездники - как амазонки-шпажистки, с острыми яйцекладами, прокалывают тело хозяина, откладывая в нужном месте яйцо. Они нацелены на единственный вид, на именно этого хозяина, укол производится в строго определенное место, личинка выйдет и будет есть "правильный" орган, с которого нужно начинать есть именно данного хозяина, чтобы он раньше времени не помер и дал довести развитие паразита до конца. А у мух таких яйцекладов нет, у них яйцеклады короткие и мягкие, ничего пробить не способны. Поэтому яйца просто клеют снаружи, правда - приклеивают очень прочно, оторвать яйцо от хозяина никак невозможно, проще вырезать. Если наездники - шпажистки, то ежемухи - это "Добрыня, обсыпь его мелом".

Проникнув в тело хозяина, личинки пускаются на разные паразитные хитрости. Наездники, как говорилось, подавляют иммунную систему и заражают хозяев болезнями нехорошими. А тахины честно сражаются. Насколько можно понять, у них есть какая-то приспособа, из-за которой клетки хозяина, которые отправляются к месту внедрения паразита, дабы его закапсулировать и убить, - преобразуются в дыхательную трубку, так что личинка мухи сидит глубоко внутри тела хозяина, а от нее к поверхности тела проходит трубка, через которую личинка свободно дышит, и та трубка выстроена как раз из клеток хозяина. Кажется, это было ключевым моментом. От перепонов тахины отличаются многоядностью, перепончатокрытые - часто монофаги, паразитируют всего в одной жертве. Понятно, почему: надо иметь приспособления к устройству внутренних органов, у каждой жертвы внутри что-то свое. А мухи (умные, заразы) нашли универсальный ключ. Зачем придумывать, как именно с данным видом жертвы справиться, они изобрели эти дыхательные трубки и могут легко заражать жертв самых разных, любого устройства - сидя внутри и имея свободный доступ к воздуху, можно спокойно жрать органы самого разного устройства. Сплошной чит, эти дыхательные трубки у паразита.

Стратегии охоты... В некотором смысле фантастические. Скажем, было выяснено, что скопления волосатых гусениц охотнее и сильнее заражается мухами, чем скопление голых гусениц. Волоски у гусениц, между прочим, для защиты. То есть более защищенные заражены сильнее. Связь там вот какая: мухи предпочитают скопления гусениц, наиболее защищенных от хищников. Они учитывают и скрытность стада гусениц, и его видовую принадлежность = защищенность. Смысл в том, что хищник (например, жужелица) съест нафиг гусеницу вместе с личинками мухи внутри. То есть паразит погибнет в челюстях хищника. И мухи-мамы учитывают эту опасность и выбирают жертв, наиболее защищенных от хищников, и их усиленно заражают своими детьми-паразитами. Такое вот сложное взаимодействие у охотников разного стиля. С другой стороны, там еще не так много работ по этому предпочтению волосатых, может быть, при подробном изучении откроется много чудес.

Но это не самое сложное. Самое... Значит, смотрите, что такое живые системы. Растет растение, на нем питаются листогрызы. Растение имеет веер способов защиты, например - синтезирует яды, которые делают его малосъедобным. Листогрызы так или иначе к этим ядам приспосабливаются, то есть кто-то отваливается, не вписавшись в рынок, но есть виды, которые проходят отравленный пояс и могут питаться на таком малосъедобном растении. Но есть там баланс - растения вырабатывают яды, разрабатывают всё новые яды, а листогрызы к этим ядам пытаются приспособиться, и держат баланс - то ли уйти на неядовитое растение, которое хуже по каким-то другим параметрам (например, там выше конкуренция, неядовитых-то все хотят есть), то ли постараться и сделать защиту от этого яда. И вот на эту систему баланса садится муха с детьми-паразитами. Гусеницы, питающиеся на ядовитом растении, в своих тканях несут яд, они малосъедобны для паразитов. У каждого вида несколько возможных хозяев - то есть можно утечь на альтернативного хозяина, и гусеницы могут перейти на альтернативное растение, но это дорогое удовольствие, и вот мухи встраиваются в баланс, им надо затратить адаптивный ресурс, приспособившись к ядовитым гусеницам с ядовитых растений. На разных видах растений и разных видах гусениц поддерживается как бы мера возможного заселения мухами. Муха, выслеживая потенциального хозяина, учитывает, на каком он растении, если то чрезмерно ядовито - это служит показателем возможной несъедобности хозяина-гусеницы. И вот эти балансные уравнения решает каждая муха-мама в поисках живого дома для детей. Вероятность, что данный вид вообще несъедобен или частично съедобен, что он на таком-то растении, а то на такой-то почве, что гусеницы волосатые и потому вероятность нападения хищника снижена... Всё надо учесть.



Зачем же они ежемухи? Почему у взрослых особей на теле эти большие жесткие волоски, часто выглядящие как иголки? Неизвестно. Обычно такие вещи служат для осязания, но что уж так требуется осязать спиной и брюшком именно этим мухам, в отличие от других семейств, у которых щетинки много меньше - непонятно. Генетическое определение щетинок уже изучается, но вот зачем они...
Collapse )
geo

В мире нет ничего лучше долгоносиков

А вы - кошки, кошки...

80 тысяч видов. 80 тысяч разных обликов... Всех млекопитающих - 5500 видов. На Земле живут долгоносики. Думаю, это может примирить с реальностью. Если кто будет искать смысл жизни - отыщите сначала, зачем и отчего существуют долгоносики. Это существенно облегчит дальнейшие рассуждения.

Живут очень многие на листьях, а это же целый мир. мир листьев для фауны - огромный насос, пустота, куда обрушиваются все новые виды. Большой мир некогда обогатился миром листвы, это великое множество потенциальных экологических ниш, и множество эволюционных путей направилось в этот мир, и заселение его до сих пор не окончилось. Мир, в отличие от мира поверхности, трехмерный, а главное - скользкий. Для насекомых листва - мир скользких поверхностей, а так как мир огромен, упасть - пропасть, обратно уже не вернешься никогда. С другой стороны, еды очень много, для листогрызов еда просто под ногами, они ходят по съедобной поверхности, так что все заботы вдруг изменяются изобилием: листогрызы живут в мире, где еда - столь же доступна, как воздух. Хватит на всех, даром. И в этом съедобном скользком мире совсем другие ограничители - хищники и паразиты, ориентация в сложнейшем трехмерном пространстве, нашинкованном на пачки, с которых друг на друга не очень-то и переберешься, все эти черешки, мостики, снова скользкие поверхности. И по этой скользкой еде ходят хоботяры.

Впрочем, хобот не у всех. Есть короткохоботные, а в состав семейства входят также короеды, у которых не хобот спереди, а тачка сзади. Считается, что короеды - результат занятий долгоносиков сельским хозяйством. Они вошли в плотный симбиоз с грибами, в процессе появились грибы, приспособленные к распространению жуками, и долгоносики, живущие своими грибными фермами - короеды с плоскоходами. Жертвой прогресса пал хобот. А призом для долгоносиков стало обретение эусоциальности у Austroplatypus incompertus. Прежде царями социальности были муравьи с термитами да медоносными пчелами, а теперь там еще долгоносик (точнее, плоскоход Platypodinae) и пресловутый голый землекоп. На высшую стадию социальности поднялись перепончатокрылые насекомые, термиты, жуки и млекопитающие.

Современная эволюционная картинка https://academic.oup.com/mbe/article/35/4/823/4765916 рассказывает, что тут играли две группы, и рядом с долгоносиками играли в удлинение шеи, происходило это еще в меловом периоде. Есть находка короеда возрастом 100 млн. лет, и эта находка очень влияет на все дальнейшие рассуждения об эволюции долгоносиков - раз находящиеся в их составе короеды были уже тогда , причем очень похожие на современных. Вдруг стало важно заглубляться именно ротовыми частями, и было предложено два конструктивных решения: сделать длиннейшую шею или сильно удлинить "хобот", вынести челюсти на длинном тонком стержне.

Зачем им хобот - в общем, неизвестно. Говорится, что он заменяет яйцеклад - они прогрызают отверстие в растительных тканях и откладывают яйца. При этом хобот есть у самцов - и этим совершенно необходимым для откладки яиц средством - хоботом - наделены многие десятки тысяч видов, это крупнейшее семейство мира животных. Можно верить, конечно. А можно их рассматривать. Это полезнее. В безумии органических форм есть своя система, но что это за система...

Можно сказать, что они приняли некую морфологическую особенность - стали вот так заменять прогрызаемым ходом наличие длинного жесткого яйцеклада, и это оказалось удачным решением, на базе которого уже другими вариациями обеспечено существование многих десятков тысяч форм. В общем, они имеют хобот, потому что могут.
Collapse )