Category: происшествия

geo

До чего страну довели...

Дама рассказала мне свой сон.
... полиция ловит кур, которые разбрасывают и подкладывают яйца - как прокламации. Их, собственно, и ловят за подрывную деятельность. Это известно, и на улицах сквозь поток прохожих иногда проносится заполошная курица, за которой бегут, преследуя её, полицейские. Сновидица потом осознала себя в метро "Деловой центр". Она спокойно сидит и вдруг видит курицу, которая исподтишка пытается закатить отложенное яйцо под скамейку на станции метрополитена. И в этот момент сновидица осознает своё желание позвать полицию и указать на эту курицу. От изумления своими желаниями и отвращения к себе сновидица резко дернулась, пытаясь проснуться - и проснулась.

(c) zh3l
geo

Бабочка-январница

- Хотят смерти очень многие люди. Сначала удивлялся, потом оказалось, что "почти все". Они оговариваются: нет, конечно, мучений они не хотят, это останавливает. И - нет, предпринимать самоубийство - это страшно и трудно, они не будут. Но - они бы с удовольствием без мучений прекратили существовать. Если б было можно... Они бы сразу. Мне говорили это люди молодые и зрелые, в расцвете сил и постарше. Все хотели бы умереть, только не больно. ivanov_petrov
- а попробуйте организовать опрос/дискуссию. В прошлый раз получилось очень здорово. Обязательно отвечу. kuno_mlatje
https://ivanov-petrov.livejournal.com/2215016.html?thread=140112488#t140112488

В том разговоре многие внесли уточнение - мол, не смерти люди хотят, а жизни боятся. А другие говорили, что не боятся, нет, нет, совсем не боятся - а просто наскучило. Тут жмет, здесь лифт застрял... Социальный. И вообще.

Поэтому опрос тут затруднителен. По сути есть одно ментальное действие (ментальное - то есть снаружи неисследимое, о котором возможен лишь самоотчет). Это действие - желание отказаться от этого мира, раз он такой. Но мешают обязательства, долги, страх, боль... Многое мешает. И соблазняют радости - вроде и редкие, а всё же. И как конкретно данный человек для себя это формулирует, это желание ухода - трудно заранее угадать. Кого-то надо спрашивать именно в лоб, о том, не боится ли он смерти. И он такой - нет, вот нифига, совсем не боюсь, если б..., то я... А другой человек ответит трафаретом - да, боюсь смерти, как не бояться, вот сердце прихватило - и я за лекарство хватаюсь, вовсе не хочу помирать. Ему другой вопрос нужен, его можно спросить - получил ли он от жизни что-то, достойное того, чтобы жить, если б был он до рождения и спросили его: пойдешь жить? вот перед тобой, теперь ты видишь, то, что случится - как, берешь? И он бы отказался. Нет, если до рождения, когда долги еще не сделаны, обязательства не набраны - да нафиг такое сдалось. А третьему нужен еще иной вопрос. А четвертый вообще только сам может сказать - ему нужен длительный разговор, в котором он найдет формулировку своего отношения. И скажет, например. нечто насквозь циничное - и омерзительное, и объяснит: жизнь вот такая, разумеется, это дрянь, а как ты думал? И это будет его формой сказать: боюсь и не хочу.

Вопросы должны быть очень разные, чтобы люди смогли ответить о том, о чем спрашивают. В этом беда.
И я не вижу иной возможности, только предоставить вопрос самим читателям, которые хотели бы отвечать. То есть: если вам не подходит про боязнь смерти, то не надо торопиться отвечать "а я боюсь, это меня не коснулось" - лучше найти в себе, есть ли, с другим вопрошанием, нечто вроде ответа на вопрос - и тогда на него, на свой, близкий, значимый, ответить. Потому что на чужой незначимый вопрос ответить легко, а на свой, подколодный и болезненный - трудно.

Я понимаю: когда вопрос не поставлен в однозначной форме, многие теряются и не готовы отвечать, ведь не спрошено определенно, чтобы да - да, нет - нет. Что тут сказать? Дело ведь простое, кто не понял, тому и не надо ничего отвечать, это даже лучше для тех, кто ничего не понял.
Надо задать себе вопрос - и в ответе его написать, чтобы было ясно, на что человек отвечает. Иному нельзя вопрос со словом "!боится", так у него пойдет совсем другая реакция. иному нужен вопрос со словом "я хочу", третий ответит только если будет упомянуто действие. Скажите, как для вас правильно звучит вопрос и - ответ. Кажется, многим вокруг это было бы полезно: удалось ли отыскать смысл действовать - или лишь по инерции и непонятно зачем.
Collapse )
geo

Привлекают неожиданностью

ботанические сады. Оттого по ним нравится бродить: никогда не знаешь, что придется увидеть.

Скажем, есть такая крючковатая сосна, Pinus hamata Sosn.
Collapse )
То есть ожидаешь увидеть дерево 30 м высоты с сизой хвоей. Впрочем, прогрессивная ботаника уже разобралась и свела этот вид - это, кажется, подвидовое название, всего лишь вариация обыкновенной сосны. Тем более думаешь что ничего нового не увидишь - уж сосна-то...
Но крючковатая сосна способна удивить. В ботсаду вижу растение, смотрю на определительную табличку:
Collapse )
То есть тут как-то замешано МГИМО. И вот что получается - вид-то для сосны совсем необычный. И шишки стали ягодками. А вы говорите - постоянство видов... Да тут прямо под ногами виды происходят, да что виды - они класс норовят сменить, и даже отдел, в котором шесть классов голосеменных.
Уж больно неожиданно она выскочила, нагибаюсь посмотреть, что за лианка - а вот же на, крюковидная.
geo

Физическое бессмертие

У меня вопрос, ответ на который я пока понять не могу.
Почему столь многие мечтают о физическом бессмертии? Как мне бы казалось, даже небольшое размышление показывает - это жуткая участь. Но мне не хотелось бы вдаваться в собственные размышления - по многим причинам, в частности, я их уже знаю. Но как удается прочим мечтать о таком счастье?

Я вижу три мощных потока мечтаний о бессмертии в современном мире. Это вампиры, эльфы и киборги-роботы. Люди согласны (с радостью) на перенесение сознания "на жесткий диск", чтобы бесконечно... ну что-то там. путешествовать во вселенной, что еще говорят? познавать мир... Ну и о вампирах с эльфами мечтают. Мне кажется, эти мечтания совершенно очевидно нерациональны, то есть непротиворечиво мыслить бессмертие и счастье не удается, всегда прорывается, что это трагедия (была бы, если б была).

Поскольку о бессмертии мечтают многие, может, объясните мне, как удается сделать нечто предельно жуткое предметом мечтаний? Если вы мечтаете о бессмертии - как вы себе это мыслите? Ну вот получили вы вечное тело, механическое или эльфийски-органическое. Вампиров брать не будем, чтобы без подлянок. Вот совершенное тело, вы не обязаны подкармливать его чужими смертями. И что?
geo

Крахоборство

Это замечательное слово я случайно увидел в книге. Как я понимаю, орфография автора пробилась сквозь спелл-чекер, одарив русский язык давно жданным. У него там еще много орфографических находок, но те я забыл - богатства, изрыгаемые языком, превышают возможности моего разума. Ну а это зацепилось. Значение слова прозрачно.

Не так давно я написал большую серию постов о смерти. Точнее, о том, как люди начала XXI века, с 2000 до 2014, воспринимают смерть - судя по тому, что они о ней говорят в сети. Это мало кто понял, надо сказать - кто это говорит? что за средняя по больнице? - я не в обиде, профессионализма для понимания хотя бы того, откуда надо смотреть на сказанное, ожидать не приходится.

Изучение смерти таким "антропологическим" образом началось не так давно, скорее, во второй половине ХХ в. Одним из первых был Арьес. Его работы методологически "еще хуже", у него отбор данных ну совсем субъективный, скульптура вместе с литературой, зато от самых от средних веков и по самое по это вот вам по сейчас будет. После его прогремевшей монографии многие стали подправлять, и было что. С конца XIX в. даже опросы можно привлекать, века примерно с XVIII можно работать с приличными массивами писем, что уже создает какую-то определенность. В общем, потихоньку все это дело начинает разрабатываться, одновременно увязая в подробностях, теряя осмысленность вопросов - ну, как при любой специализации. В общем, все к лучшему в этом, ну, в этом самом, а что не к лучшему - то прогрессирует, что тоже будет хорошо. Конспект Арьеса тут https://ivanov-p.livejournal.com/124584.html

И вот еще у Арьеса при всей его неметодологичности и прочих положенных грехах вопрос поставился примерно следующим образом. Прежнее общество верило многообразно, всякие были картины мира, но там было представление о зле. И вопрос о смерти решался в связи с этим злом - так или иначе, считалась смерть освобождением и покоем или напротив злой силой, но в какие-то отношения массовые предствления о зле и смерти входили. А научная картина мира, которая победила где-то к концу XIХ в. - зла лишена. Нет в ней зла, есть только лично тебе, читатель, неприятное стечение обстоятельств, а никакого зла нетушки.

Отсюда Арьес и смотрит. Он заметил, что где-то к началу ХХ в. отношение к смерти очень изменилось - в частности, он связывает это с медикализацией. Так что то странное, что можно углядеть в современном, века XXI, отношении к смерти, началось век назад, с начала ХХ. Медикализация - это пучок очень ярких проявлений, там много чего, смерть перестала быть публичной, стала одиноким делом, вообще масса чего изменилось - можно вспомнить (у кого есть этот печальный опыт) как о смерти говорят в больнице, можно подумать, чем это отличается от ситуации, когда человек умирал бы вне больницы. Но все это лишь внешнее проявление, техника - на уровне идей это разрыв связи смерти и зла - потому что зла нет, сознанию нельзя взять отсутствующее и связать... Смерть получилась вне коннотаций, и потому о ней практически не говорят - разве только в техническом аспекте ("сколько стоит похоронить?.. а без покойника?..").

Арьес это высказывает так: если ада больше нет, то и рай меняет свой облик. Впрочем, об этих метафизических вещах Арьес, как понятно, ничего путного не знает, речь только об общественных представлениях. Смерть сначала стала очень личной (она такой когда-то давно не была) и потому невыносимой, а потом скрылась завесой молчания - и Арьес пытается пояснить, почему так слчилось, отчего о ней молчат - то есть не думают. Речь не о том, что "запрещено говорить", а о неловкости и неуместности самих мыслей, которым и прицепиться не к чему, предмет такой, ни с чем не связанный.

Смерть стала грязной, техничной, молчаливой. Этот грязный ужас можно только вымалчивать, нет мыслей, как можно об этом говорить.

Мне же интересно, как исчезновение идей из картины мира влияет на окружающее. Это очень богатая тема: исчезли "пустые, ничего не значащие слова" вроде истины, зла и прочие такие. У них нет операционального определения, с ними невозможно работать, значит, они не нужны. И - ну кто бы мог ожидать - вслед за этой ненужной гаечкой вот детальки сизые потянулись...

Впрочем, может быть, у Арьеса совсем неполный анализ, он углядел связь изменения отношения к смерти и отсутствия "концепта зла", но, может, там много чего еще стоит. Не высовывается.
geo

Опыт крушения и отчаяния

Мне кажется, есть опыт, который считается редким, но на деле им обладают довольно многие люди. Это опыт крушения жизни, отчаяния. Человек поставил себе цели, десятки лет жил и работал на эту цель - и потом пережил крушение, понял, что цель не будет достигнута, или не будет достигнута во вменяемое время, надо ждать столетия, в общем, понял, что жизнь положил зря.

В социальном смысле история России - это сменяющие друг друга волны вестернизаций, за каждой следует отлив. И уже сотни лет люди, вкладываясь в какие-то социальные проекты, терпят сокрушительное поражение и то, на что они потратили жизнь, оказывается либо недостижимой мечтой, либо искажается до неузнаваемости. Сколько я могу судить по многим воспоминаниям ученых, многие имели определенные взгляды на науку, у них было представление, к чему следует стремиться - и эти предствления оказались неуспешны, наука стала иметь совсем иной облик, чем они думали. И в самых разных областях самые интересные, самые честные люди нечто мечтали, вкладывались - и ничего не получалось. Достаточно вспомнить, сколько людей были диссидентами - и сколькие из них сочтут, что они вот этого хотели. И сколькие - коммунистами...

В общем, опыт полного крушения надежд, как мне кажется, довольно широкий и многие люди это испытали. И мне хотелось спросить - если я прав и это не такая уж редкость - как с этим жили? Можно представить разные варианты. Можно уйти в личную жизнь - дети-внуки, личные радости. Можно вложиться в карьеру или деньги. Можно отыскать себе на горе приключения такого уровня, что потом уже не до великих целей, жив-здоров-благополучен - о большем и мечтать нечего. Скажем, эмиграция - очень сильное изменение жизни, и для многих этот высокий порог может быть так труден, что после преодоления уже не до каких-то там внеличных целей. Или найти другую цель. Или безнадежно работать на несбыточное. Мне интересно - если кто может признаться, что его жизнь потерпела крушение, он отчаялся и не надеется больше достичь своих целей (конечно, если цели у него были, речь только об этом) - как живется после.

(c) zh3l
geo

Что им достанется?

"Мне кажется, что нынешняя молодежь не знает даже половины того, что выпало нам. Ну, хотя бы той же Чечни (до сих пор неизвестно, сколько наших ровесников там погибло, есть мнение, что десятки тысяч). Ей не сочувствовать надо, а радоваться. Это самое не знающее проблем поколение за последние сто лет."
http://olnigami.livejournal.com/318997.html?thread=1345301#t1345301

Вот да, кстати. Есть известная мысль - ну, когда-то ее часто повторяли. Что каждому поколению в России достается. Тогда, когда при мне эту мысль обсуждали - в 60-е и 70-е - понятно, что перечисляли. С тех пор оказалось, что мысль не утеряла здравости. Трудно сравнивать доставшееся, но в целом каждое поколение получало свое небалуйся.

Теперь народилось новое поколение, о котором говорят так, как сказано выше. Понятно, почему - им пока ничего не досталось.

Как думаете, что они понесут на себе? Что достанется самому молодому поколению? Прежние ступеньки вы уж сами, к чему проговаривать все эти бесконечные "война та, война эта, восстановление, лагеря, посадки, 90-е...". Это фон. А что следующим достанется? Или в самом деле наконец-то ничего страшнее их самих их окружать не будет?
некурю

Сказочка про жизнь: Жизнь как двойное развитие

Если принять определение живого как автономной системы с двойным развитием, объекты вокруг будут означены несколько иначе, чем это привычно. Например, вирусы не будут живыми существами - не потому, что могут быть неотличимыми от неживого и т.п., а потому что это системы, у которых лишь одно развитие - филогенез (онтогенез в разной степени редуцирован). Системы с единственным развитием - онтогенезом, это, например, звезды. И тогда возникновение жизни будет историей того, как среди развивающихся систем с одним типом развития появились системы с двумя типами. Совмещение особенностей обоих типов развития - индивидуального развития и эволюционного - и привело к возникновению систем, которых мы привычно называем живыми. Это история возникновения смерти. Технические системы не относятся к развивающимся, поскольку не автономны - они изменяются подобием техноэволюции с помощью человека, так что не самостоятельны как развивающиеся системы. Но когда будут созданы автономные развивающиеся техносистемы, они все еще не будут живыми - поскольку у них будет одно развитие. В принципе можно пытаться думать о техносистемах с двумя типами развития, но до этого, кажется, еще достаточно далеко.
geo

просмерть10

Как живется смерти в наше трудное время

Важно понимать: то, что перечислено - это и есть всё, что говорят о смерти. Это не кусочек отщипнут, а за бортом осталось множество другого, много более странного и прекрасного. Нет. Это полная типология высказываний - вот это говорится, а все остальное - нет.

И это, как кажется, едва не самый интересный вывод. Что еще можно сказать о смерти - каждый может решить сам. и интересно, что этого нет в поле разговоров. Не затрагивают. О каждой такой лакуне - а их можно придумать очень много - можно вести отдельный разговор и искать причины.

(c) zh3l
Collapse )